Однако я не отставала. Ткнула его еще раз и сообщила:
– Тут неудобно.
– Вокруг комнат полно. Там кровати. Занимай любую.
– Не хочу любую. Хочу свою. Но сама до общежития, чую, не дойду. Проводи, а?
Глаза пепельника все-таки открылись и смерили меня мутным усталым взглядом.
– А чем тебе тут не нравится? Боишься, что ли? Так я запретю… запрещу даже подходить к тебе. Никто не тронет. Слово даю.
– Не боюсь я! Я просто хочу к себе!
– Да чтоб тебя! – Алан поморщился. – Зачем сейчас тащиться так далеко и в метель, объясни мне?
– Затем, чтобы не делать этого рано утром с похмелья.
Лучше вместо этого поспать подольше и собраться спокойно, – ответила я. – Ты так не считаешь?
– Хм-м. – Алан нахмурился. Подумал. Потер переносицу. А потом кивнул: – Да, логично. Ладно. Пошли.
И мы пошли. Правда, спотыкаясь через шаг и хватаясь то за стены, то друг за дружку, ибо перед глазами все шаталось и кружилось. Потом, покачиваясь и поддерживая друг друга, под аккомпанемент глухой ругани Алана медленно добрались до академии.
Вот только едва войдя в холл общежития, я очень пожалела, что не осталась в клубе."
"Потому что в холле обнаружился разговаривающий с друзьями Айландир. Видимо, он прибыл совсем недавно, поскольку на его перекинутом через руку пальто еще поблескивали не растаявшие снежинки. Высокий, в черном с болотной зеленью костюме тленник выглядел безукоризненно.
И тут на контрасте пьяная я иду практически в обнимку с таким же пьяным Аланом.
И вроде бы я ничем Айландиру не была обязана.
И ничего не должна. Однако все равно почувствовала себя мерзко и неуютно. А столкнувшись с тленником взглядом, даже зачем-то попыталась оправдаться, еле слышно прошептав:
– Он меня это… охраняет.
Впрочем, Айландир каким-то чудом все равно услышал. На его губах промелькнула тонкая насмешливая улыбка.
«Ну-ну, – с издевкой прозвучало в голове. – Если в Пепле все охранники такие, не удивлен, что тебя уже раз убили. Подумай об этом, детка».
После чего он сказал что-то друзьям и, развернувшись, направился к дальней лестнице.
Ну а мы поковыляли к ближней. Я, кусая губы от досады и даже слегка протрезвев, и Алан, шедший, кажется, уже на автопилоте.
Впрочем, даже это состояние не помешало пепельнику проводить меня прямо до двери. С учетом того, сколько он выпил при мне, да плюс все то, что влил в себя вчера – кремень парень!
– Вот, – выдохнул Алан. – Привел. Можешь спать.
– Угу. Спасибо, – поблагодарила я и практически перетекла в комнату.
