Фальшивая империя (ЛП)

Что безразличие, которое я испытывала к жениху, просочится наружу и окрасит все остальное. Вместо этого я в ужасе от обратного. Нервничая из-за раздумий о том, какое белое платье надеть, или сколько сделать ярусов в торте, или какие цветы будут в моем букете, дает понять, что этот день мне небезразличен.

Мои родители уезжают первыми, вездесущее нетерпение моего отца — поспешный порыв. Я задерживаюсь на подъездной дорожке еще на несколько минут, глядя на каменный фасад особняка Кенсингтонов. Жесткий, строгий и нечитаемый — совсем как его обитатели.

У меня есть право голоса, но его недостаточно. Недостаточно, чтобы остановить это. В моем животе поднимется волна бунта. Я упряма, и эту черту характера я скорее поощряю, чем подавляю. Но бунт не заглушает укол облегчения.

Я не хочу, чтобы Крю женился на ком-то другом. Я не хочу выходить замуж за кого-то другого. Тогда я никогда не узнаю, кто из нас сломается первым.

Мы поженимся. Это сделка.

Его слова эхом отдаются в моей голове, даже когда его нигде не видно. Вздохнув, я сажусь в машину и приказываю своему водителю отвезти меня обратно в офис.

Всю дорогу я смотрю на кольцо у себя на руке. Вспоминая слова, которые были произнесены, и о которых мы оба умолчали. Я никогда не смогу забыть этот момент, пока ношу это кольцо.

Никогда не говори никогда.

Когда я открываю двери моего пентхауса, то вижу сложенные картонные коробки, которые прислали за последнюю неделю, прямо перед лифтом.

Я отодвигаю две коробки в сторону, гадая, не перепутали ли грузчики даты. Строители уведомили бы меня, если бы появились раньше. Единственный способ подняться сюда — через стойку регистрации или с помощью кода, который есть только у нескольких человек.

Тайна разгадывается, когда появляется Ашер, одетый в баскетбольные шорты и бейсболку с надписью «Шафер».

— Что ты здесь делаешь? — ворчу я, бросая портфель на коробку и снимая куртку. — И что, черт возьми, на тебе надето?

— Я же говорил тебе, что провожу тебя в последний путь! Прощай холостяцкая жизнь и все ее прелести.

— И я сказал тебе, что мы будем продолжать напиваться и снимать женщин после того, как я женюсь, так что нет смысла что-либо делать.

— Ну, я не слушал. Пицца скоро будет. Как и Оливер с Джереми.

Я чувствую, как начинает болеть голова, когда вхожу на кухню.

— Ты пригласил Оливера?

— И он сказал «да»? — я открываю холодильник, размышляя, что бы такое съесть. Пока я размышляю, беру пиво.