Фальшивая империя (ЛП)

Слабого лунного света едва хватает, чтобы я могла идти по дощатой дорожке, которая петляет между стеблями пляжной травы. Соленый воздух сдувает пряди волос с моего лица. Я глубоко дышу, пытаясь сосредоточиться.

Я думала, что отношения между мной и Крю уладятся естественным путем. Что мы найдем какую-нибудь систему, которая позволит нам воспользоваться преимуществами этого соглашения без ущерба для наших целей. Но все больше и больше мне кажется, что между нами все становится только сложнее.

Дойдя до края патио, я колеблюсь.

Я должна пройти внутрь и присоединиться к вечеринке. Сыграть роль идеальной хозяйки и дать Крю возможность остыть. Я захожу внутрь, но вместо того, чтобы идти на звук разговоров и смеха, я поднимаюсь по задней лестнице, ведущей на второй этаж.

Дверь в мою спальню приоткрыта, хотя я уверена, что закрыла ее перед тем, как спуститься вниз. Толкаю ее, чтобы увидеть пустую и темную комнату. Но в ванной горит свет. Я закрываю за собой дверь, объявляя о своем присутствии.

Бесшумно крадусь по ковру к двери, ведущей в ванную комнату.

Крю стоит у раковины, моет руки. Вода становится розовой.

Я прислоняюсь к дверному проему, раздумывая, что сказать. И останавливаюсь на вопросе:

— Все прекрасно, — его тон такой же резкий, как и ответ.

Я остаюсь на месте, пока он закрывает кран и вытирает руки, избегая порезов на костяшках.

— Тебе следует нанести на них немного перекиси.

Он не отвечает. Я отталкиваюсь от дверного косяка и подхожу к нему. Напряжение все еще исходит от него, когда я касаюсь его руки, чтобы наклониться и вытащить коричневую бутылку из шкафчика.

Беру несколько ватных шариков.

— Садись, — я киваю в сторону края ванны, смачивая вату жидкостью. Резкий химический запах обжигает нос.

Крю колеблется, прежде чем подчиниться. Я наблюдаю за ним краем глаза, когда он садится на мрамор. Ванная большая, такая же большая, как в моем пентхаусе, но в его присутствии она кажется крошечной. Я изучаю золотистые волоски на его загорелых руках. То, как его рубашка туго натягивается на плечах.

Голубые глаза, которые видят больше, чем я хочу показать.

Убедившись, что вата намокла, я пересекаю плитку и приседаю, чтобы обработать раны на его руке. В течение нескольких секунд единственным звуком является наше дыхание.

Крю заговорил первым.

— Знаешь, я уже представлял тебя в таком положении раньше. Но никогда не мог поверить, что это случится.

Я встречаюсь с ним взглядом на минуту. Несколько слов вертятся у меня на кончике языка.