"Фантастика 2023-123". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

— Потом два практических занятия додзё, после которых будет медитация.

Я кивнул. Придётся поскучать. Конечно, эти духовные практики ни в какое сравнение не идут с призывом и убийством Тварей Бездны.

— Потом математика и баллистика, — сказал Исама, прежде чем надеть шлем.

Байки взревели и рванули с места. Мы отправились навстречу знаниям, как писали первого сентября на растяжке моей школы.

Лекцию по истории японской артиллерии читал, к моему удивлению, офицер, который встретился мне возле заброшенного додзё.

Он оказался ментором по политической грамотности. Политрук, по нашему, в общем. С ним нам предстояло, как он сам сказал, встречаться на занятиях только дважды в месяц. А вообще, он ещё являлся куратором нашего курса. Звали его Като Шин. Он мурыжил нас полтора часа, стараясь впихнуть в занятие все важные исторические даты и сражения, в которых принимала участие японская артиллерия. В принципе, ему это удалось, поскольку основана данная армейская часть была только в девятнадцатом веке, а развитие получила уже в прошлом. Про катаны, наверное, рассказ длился бы вечно.

Наконец, он нас отпустил, ничего не задав.

Перекурив в специально отведённом месте на территории менториума, мы отправились в спортивный зал переодеваться. Там уже было несколько студентов, включая Сэтоши Накаяму, сына префекта. Он кивнул мне, но не подошёл, конечно. Его спутник, горилла, только мрачно поглядел на нас и демонстративно отвернулся.

Студенты постепенно подтягивались, занимали шкафчики.

Мы к тому времени уже переоделись и сидели на лавке, дожидаясь начала занятия. У Исамы спортивное кимоно из толстого, прочного материала, было белым, на спине — эмблема бойцовской школы, которую мой сосед посещал с детства. Моё кимоно было черным. На спине алел маленький иероглиф, означавший «мангуст». По наследству мне досталось облачение Кенджи, жёлтое с чёрными нашивками, но я купил это. Оно нравилось мне куда больше. В том я напоминал нелепого шмеля.

— Наверное, сегодня сэнсей будет смотреть наш уровень, — сказал Исама.

— Скорее всего, — согласился я.

Меня это не очень волновало, а Исама так прямо ёрзал, как будто геморрой чесал.

— Успокойся, — сказал я. — Может, ты себя покажешь лучшим.

Исама запнулся. Думаю, дело было всё-таки именно в том, что он сомневался в своей бойцовской технике. И боялся ударить в грязь лицом не перед сокурсниками, а перед мастером.