- Ни одной кормежки не пропустит, даже не надейтесь.
И тут же весь наш столик накрыло радостное и добродушное:
- Доброе утро! Ну как, чем кормят?
Ну до чего хорош! Просто слов нет. Лет двадцати пяти, здоровенный, щеки в метр диаметром украшены сочным деревенским румянцем, ясные голубые глаза смотрят дружелюбно и весело, пухлые губы выражают постоянную готовность хозяина что-нибудь эдакое брякнуть. Сальненькое или солененькое, кому что по вкусу, но чтобы потом непременно разразиться смачным тупым ржанием, имитирующим здоровый детский смех.
- Давайте знакомиться, - над моей тарелкой с творожной запеканкой нависла ручища, полностью закрывшая мне обзор моей же еды. - Гриша. А вас как звать?
- Андрей, - сухо ответил я, с некоторой брезгливостью пожимая пухлую на вид ладонь, которая, против ожиданий, оказалась теплой, сухой и весьма жесткой на ощупь.
- А по батюшке? - настырно интересовался бугай.
- Михайлович.
- Ну и славно, Михалыч. А меня можно без отчества, я молодой еще.
Ну спасибо, кормилец, разрешил.
Можно подумать, тебя в твои-то годы и с твоей-то рожей кто-нибудь собирался именовать по полной форме. Размечтался!
Когда Гриша уселся, я понял, что мы втроем с Мимозой и Колючкиным прежде занимали меньше половины четырехместного стола. Во всяком случае, то пространство, которое занял новичок, оказалось очень внушительным. Интересно, чем он с такими физическими данными и таким недюжинным аппетитом может хворать? Воспалением глупости? От этого, кажется, пока не лечат.
- Вы к нам надолго? - туманно осведомился я.
- Понятия не имею, - Гриша пожал могучими плечами. - Как доктора скажут. А может, хозяин прежде выгонит. Он у нас крутой."
"- Хозяин? - вскинул седенькие бровки Чертополох. - Это как же прикажете понимать?
- А чего тут понимать-то? - немалый кусок запеканки, который я бы разделил при помощи ножа и вилки частей на шесть, был отправлен в прикрытый пухлыми губами рот одним махом. - Я здоровый. Это хозяин у меня больной, после огнестрела в себя приходит. А мое дело маленькое: охранять.
Нам с напарником и палату выделили на двоих, рядом с хозяином, и столоваться с вами определили.
- Вот оно что, - протянул я. - Чего ж вас вместе за один стол не посадили? Есть же свободные места.
Вопрос родился в моей голове не случайно. Гриша появился в санатории вчера после обеда, то есть за обедом его еще не было, а за ужином уже был. Иными словами, он приехал после моего разговора с Бегемотом и после беседы самого Бегемота с Еленой.
