- Ты прогрессируешь, - в голосе Викулова звучала нескрываемая насмешка. - Набрался храбрости во всеуслышание объявить правду о себе. Молодец, хвалю.
Я поморщился. Ну почему он, будучи моим ровесником, всегда ставит себя в положение старшего, начальника, учителя? Как будто я нуждаюсь в его похвалах. ""Не ври себе, Корин, - тут же одернул я себя. - Еще как нуждаешься. Во всяком случае, до последнего времени нуждался"".
- Теперь по поводу твоей дамы, - продолжал он.
- Да? - напрягся я.
- Кажется, твои сомнения небеспочвенны.
Образование высшее юридическое, работала следователем в Северо-Восточном округе, три года назад уволилась якобы по состоянию здоровья.
У меня внутри все похолодело. Мимоза - бывший следователь. Иными словами, человек, у которого огромные связи именно в милицейской среде. Молодая, красивая, ""своя"". Идеальный кадр для работы со мной.
- Почему якобы? Там были другие причины? - на всякий случай спросил я.
- Потому что увольнялась она по заключению медкомиссии, в котором стоял страшный диагноз.
Если бы заключение было настоящим, твоя дама до сегодняшнего дня просто не дожила бы. Ты ее руками трогал?
- Кого? - растерялся я.
- Кого-кого, дамочку твою, - рассмеялся Борька. - За ручку держал хоть раз?
- Ну, держал. И что?
- Теплая ручка-то?
- Борька, прекрати, - разозлился я.
- Ну вот, стало быть, живая дамочка-то, не призрак с того света. Более того, Дюхон, пока она жила на милицейскую зарплату, это была одна песня, а как уволилась и получила пенсию по инвалидности, так песня стала совсем другая.
Более, так сказать, громкая и мелодичная. Более красивая, чтоб тебе понятней было. Ты, надеюсь, понимаешь, что пенсия по инвалидности ни при каких условиях не может быть выше зарплаты?
- Понимаю, конечно. Она что, нигде сейчас не работает?
- Официально - нигде. Вот и делай выводы, Дюхон.
- Круто, - протянул я. - А семья есть?
- Был муж, который ее бросил в аккурат тогда, когда она увольнялась.
- То есть больную бросил, что ли? - я ушам своим не поверил.
- Дюхон, у тебя с головой как? Я ж тебе русским языком говорю, что, если бы она была действительно больна тем самым, что в заключении написано, она бы сейчас уже была покойницей. Заключение липовое, просто нужен был не вызывающий сомнений повод для увольнения. Уж кто и зачем все это устроил, я не знаю, но ты поразмысли на этот счет. А также насчет того, почему в этот самый момент ей занадобилось от мужа избавляться.
