Вероника, полностью одетая, сидела на стуле перед письменным столом.
- Как же быть? - расстроено спросил я. - Это же черт знает что получается: быть в одном городе и не иметь возможности встречаться.
- Погоди, Андрюша, ты ведь не знаешь своего расписания, рассудительно заметила она. - Завтра ты обсудишь его с Марией, посмотришь, что и как, и позвонишь мне. И мы что-нибудь придумаем. Во всяком случае, днем я всегда могу вырваться с работы, а для вечеров состряпать отговорку для мужа. Договорились?
Она подошла поцеловать меня на прощание и тихонько прикрыла за собой дверь.
Я погасил лампу и уставился широко открытыми глазами в просвет между половинками неплотно задернутых штор. Вероника... Красивая, умная, сексуальная. Я был на высоте, во всяком случае, у меня нет оснований думать иначе. И я бы с удовольствием переспал с ней еще несколько раз. Но она так и осталась для меня чужой. И когда я уговаривал ее остаться до утра, мной руководила вовсе не нежность, не желание ощущать постоянно ее присутствие рядом с собой, дотрагиваться до ее руки, до бархатистой кожи, вдыхать ее запах.
Мной руководила обычная вежливость, распространенные представления о хорошем тоне и приличиях. Я просто ""не возражал"" против того, чтобы она осталась. А ведь ""хотеть"" и ""не возражать"" - далеко не одно и то же. Поэтому я и не был настойчив и с облегчением принял ее объяснения о раннем подъеме.
Куда уходит любовь, а? Ну вот скажите мне, куда она девается? Год назад я влюбился в Веронику по уши, а сегодня что? Неужели всего за двенадцать месяцев можно так сильно перемениться? Двенадцать месяцев назад эта женщина вызвала у меня трепет и восторг, а сегодня я не испытываю к ней ровным счетом ничего, кроме чисто физического влечения, да и то не безумного.
Есть отличия между голодом и желанием вкусненького. Мой нынешний интерес к Веронике я расценивал именно как желание вкусненького, а вовсе не как голод, когда понимаешь, что если тебе этого не дадут - ты умрешь.
В марте Вероника встречалась со мной в Лейпциге, куда мы с Мусей приезжали для участия в мероприятиях другой книжной ярмарки.
Интересно, я уже охладел к ней тогда или был все еще влюблен?"
"Но как бы там ни было, память ко мне так и не вернулась. Умница (не стану отрицать!) Вероника в самый разгар взаимных ласк спросила, хочу ли я, чтобы все было так же, как год назад. Я был благодарен ей за проявленную душевную тонкость. Но все напрасно. Ничего не получилось.
