Мы шли совсем недолго, минут десять, наверное, и я краешком сознания отметил, что почему-то ни разу сам не вышел на эту дорогу, хотя она и не бог весть как далеко пролегает от моих обычных ежедневных прогулочных маршрутов. Ну что ж, деревня есть деревня, в ней много такого, чего я не понимаю и теперь уже не стремлюсь понять, просто принимаю так, как оно есть.
- Поселок вон там, - Эспера остановилась и махнула рукой. - Уже совсем близко, вы не заблудитесь. Идите все время прямо. Я дальше не пойду. Мне пора возвращаться домой.
- Спасибо тебе, Эспера, - тепло проговорил я. - До свидания.
- До свидания.
Я хотел было попросить ее передать привет матери и Марии, но слова застряли у меня даже не в горле, а где-то в груди.
- Можно, я поцелую тебя на прощание?
- Конечно."
"Она подставила чистый высокий лобик, я наклонился и прижался к нему губами. Я хотел сказать, что еще вернусь и мы обязательно снова увидимся, но и эти слова отчего-то растаяли, едва родившись в сознании. Меня переполняли одновременно благодарность и покой, мне хотелось как-то сказать об этом Эспере и попросить непременно передать мои слова Анне и ее соседке, но в то же время я откуда-то знал, что говорить не нужно.
Нельзя. Нужно просто чувствовать.
Пройдя пару десятков шагов, я увидел впереди знакомые очертания домов и купола местной церкви. Поселок оказался даже ближе, чем я предполагал. Пока я добрел до своего дома, я изрядно устал, сердце колотилось в горле, по спине и груди струился пот. Что же это такое? Там, в деревне, я часами ходил пешком и нисколечко не уставал, напротив, чувствовал себя с каждым днем все лучше и лучше.
А здесь... Черт знает что! То ли воздух здесь другой, более задымленный, и легким не хватает кислорода, то ли и в самом деле в деревне своя особая аура, при которой и дышится легче, и спится крепче, и настроение поднимается.
Едва войдя в дом, я немедленно залез в аптечку, о которой ни разу не вспомнил, пока находился в деревне, выпил лекарство, принял душ и прилег на кровать поверх покрывала.
Кажется, давление подскочило. Жарко, душно. И левая рука так знакомо немеет... Я устал. Я ужасно устал. Надо выключиться и поспать, мне нужен отдых, длительный и полноценный отдых.
Этот отдых почему-то представился мне в виде глубокого прохладного ночного озера. Я мысленно зажмурился и нырнул в его темные манящие воды, мгновенно остудившие мое горящее тело. Мне стало так хорошо и спокойно! Я заснул, и последней мыслью моей было: ""Я абсолютно счастлив"".
