Именно нехарактерные, потому что я категорически не хотел писать книгу о Верочке, мне это было не интересно, я не мемуарист, мне мешают реальные факты, которые ни в коем случае нельзя искажать, моей фантазии нужна свобода. А матушка настаивала на точном воспроизведении событий, потому что хотела иметь книгу-памятник. Нехарактерными казались мне мои же поступки и потому, что я старался не нарушать данных мною обещаний и выполнял их, даже если это выходило в ущерб моим же интересам. И еще потому, что я вообще никогда не цеплялся за деньги, не считал их и не жалел, щедро раздавая как в долг, так и в виде бескорыстной и безвозмездной помощи.
Такой странный внутренний перелом не мог быть связан с творческими неудачами, и это однозначно следовало из содержимого оставленной Мусей Беловцевой синей папки. Не связан он был и с личными (читай самцово-кобелиными) драмами, ибо весь последний год я ни на шаг не отходил от Лины, смотрел на нее влюбленными глазами и при каждом удобном случае изощрялся на сексуальной ниве.
То есть ни жена, ни очередная любовница меня не бросали, да и до импотенции мне пока далеко. Тогда что же случилось? Что?"
"Однако же скептицизм мой нынешний произрастал на явно неблагоприятной почве. Вчерашняя физическая расслабленность за ночь переросла в расслабленность умственную, и слабые, едва пробившиеся ростки пугающих мыслей тут же засыхали, не дождавшись полива и удобрений. Иными словами, я чувствовал себя бодрым и полным сил пофигистом.
Мне не хотелось думать о неприятном. И мне это удалось.
К завтраку я явился во всеоружии хорошего настроения, и даже неодобрительный взгляд Чертополоха Петровича не сбил меня с оптимистической ноты. Видно, я что-то не так сделал, потому что и Мимозка сидела за столом грустная и глаз на меня не поднимала. Чем же это я так сурово провинился?
- Андрей, Леночка сказала, что вы вчера не ходили на прогулку и не ужинали. Я могу поинтересоваться, чем это вызвано?
- Можете, - охотно пустился я в объяснения.
- Леночка отказалась от прогулки, потому что у нее болела голова. А одному мне гулять скучно, вот и я не пошел. Прилег после обеда, уснул и проспал ужин. А почему у вас это вызывает такое неудовольствие?
Старикан поднял голову и окатил меня волной презрения.
- Я полагал, что могу на один день вас оставить, ведь вы взрослые люди и сами понимаете, что хорошо и что плохо. Однако я, по-видимому, ошибся.
