Фарамунд

Фарамунд слышал его возбужденный голос, что Настиона да чтоб голыми руками, да это ж надо кем быть... в ушах звенело, голос истончался до комариного писка, пропадал, зато лесная тропа глухо отзывалась под крепкими конскими копытами.

Над головой проносились ветви, пытаясь рвануть за волосы, потом невесть откуда вынырнул Унгардлик.

— Уже скоро! — донесся его возбужденный голос. — Как только минуем вот тот лесок... Там дорога вдоль реки, а дальше — сама крепость!.. Но это, в самом деле — крепость!

Начинало темнеть.

Долина распахнулась разом, словно сорвали занавес, закрывающий половину мира. По ту сторону леса тянулось зеленое ровное поле, затем выгибалось крутым горбом, похожее на спину разъяренного кота, а на самом верху стояли залитые победным пурпурным светом высокие стены бурга.

Сердце Фарамунда оборвалось, во рту стало сухо и горько. Вместо уже привычных двух-трех наспех поставленных домов, окруженных неровным и подгнившим частоколом, этот бург из настоящего камня. Неведомо, откуда брали эти глыбы, может быть, из древних каменоломен, что уже ушли под землю, ведь здешние болота жадно глотают все... но высокие здания сложены целиком из настоящего камня! Забор, правда, из толстых бревен, идет по кругу, все это вдобавок окружено глубоким рвом.

Если бы лето было сухое, жаркое, можно бы еще достать забор горящими стрелами, одним препятствием меньше, но в сыром воздухе вот-вот начнут плавать рыбы, одежда промокла, а легкие скоро вовсе превратятся в жабры."

"Стиснув зубы, он дал знак Унгардлику не выдвигаться из леса. Надо что-то спешно придумывать, но в черепе ничего, кроме глухого отчаяния. Холм выглядит зеленым, но вряд ли его насыпали искусственно. Если присмотреться, заметны угловатости, где каменная порода выходит на поверхность.

— Склон покатый, — прошептал Унгардлик таинственно, словно его могли услышать в бурге. — Тараном не воспользуешься...

По ту сторону холма Фарамунд чувствовал реку, оттуда не подойти, а справа, судя по гнилостному запаху — непролазное болото.