Сам он побывал в разных войнах, служил Риму в рядах федератов, видел, как вот так вычерчиваются схемы будущих сражений, но у их вожака сейчас что-то иное...
— Как думаешь брать крепость? — спросил он, не выдержав. — Свен, хоть сам уже и заплыл жиром, но дело знает. А на воротах у него самые умелые да бдящие.
Фарамунд буркнул:
— Видишь вот эту рубашку?
Громыхало проследил за пальцем вождя. Тот небрежно провел по вышитому краю своей сорочки.
— Ну, красивая... А что?
— Если бы она дозналась о моих планах, я бы ее сжег.
Громыхало долго молчал, двигал складками на лбу. Наконец с угрюмым подозрением спросил:
— За что?
Фарамунд вынырнул из дум:
— Ты о чем?
— За что сжег бы собственную рубаху?
— А ты все еще... Из предосторожности. Чтоб никому не проболталась.
Громыхало умолк. Некоторое время молча смотрели в багровые угли, каждый видел свое, затем к ним подсел Вехульд. Осторожно поинтересовался:
— Фарамунд, я насчет крепости... Когда, думаешь, лучше напасть?
Громыхало хмыкнул и отвернулся. Фарамунд поинтересовался с усмешкой:
— Боишься, что тебя не разбудят?
Вехульд захлопал глазами.
Подошел Занигд, посмотрел на Громыхало и Вехульда, спросил тихонько:
— Фарамунд, а как именно ты думаешь захватить крепость?
Он не понял, почему Громыхало и Вехульд переглянулись, заржали. Фарамунд поманил Занигда ближе, огляделся по сторонам, спросил свистящим шепотом:
— А ты умеешь хранить тайны?
— Умею, — ответил Занигд гордо.
— Точно?
— Клянусь!
Фарамунд некоторое время смотрел испытующе.
Громыхало и Вехульд застыли в тревожном ожидании. Наконец Фарамунд сказал раздельно:
— Я тоже.
Уже ночью, когда все спали, а он еще сидел у костра, вдруг посетило странное ощущение, что это он уже говорил... или слушал. Именно эти слова. Как будто это все уже происходило, вот так точно он сидел и говорил эти слова, но все забыл, а теперь переживает заново! Но как может такое быть?
Выступили в полночь, благо небо очистилось, полная луна заливала весь мир ярким зловещим светом. Шли по опушке леса, держась тени, невидимые, как призраки.
"
"Громыхало начал поглядывать на Фарамунда с беспокойством, отстал, слышно было, как с кем-то переругивался, затем Фарамунд ощутил жар его потного тела раньше, чем грузная фигура старого воина вынырнули рядом.
— Вождь, — сказал он, — нам проще свернуть прямо сейчас. Правда, немного придется через коряги и буреломы, зато потом выйдем прямо в поле.
— Зачем? — спросил Фарамунд.
— Но оттуда уже увидим замок Свена...
