Фараон Эхнатон

Ниже приводится дешифрованный текст свитка, возраст которого равен четырем тысячам семистам годам. Я позволил себе сделать лишь небольшие вставки там, где значительно пострадали письмена.

Мудрейший Ненеби — царский зодчий и главный надсмотрщик над парасхитами, великий звездочет и певец — стоял перед храмом Ра, недалеко от пирамиды Джосера. Бескрайняя Западная пустыня, не успев еще накалиться ввиду раннего утра, была милостива к плодородной долине Хапи и не дохнула еще на нее смертоносным дыханием зноя.

Ненеби смотрел на творение зодчего Имхотепа, а слух его был поглощен криками надсмотрщика и посвистами кнутов, которые доносились оттуда, где сооружалась новая красавица, готовая затмить пирамиду Джосера.

Фараон Сехемхет, что значит Могучий Телом, — жизнь, здоровье, сила! — поручил величайшему после Имхотепа зодчему Ненеби строительство своего горизонта, в который готовился подняться, подобно Осирису.

Ненеби был и плечист, и высок. На лбу его множество морщин — одна из них находила на другую. Но глаза ученого сияли, как у молодого воина, точно обсидиановые глаза у золотой птицы Нехебт в храме Ра.

Здесь в состоянии созерцания и глубокого раздумья и застал его царский скороход по имени Ха. Это был сильный человек. Ноги его, словно крылья сказочной птицы. Ха не шагает, а летит.

И сказал Ха, поклонившись мудрейшему Ненеби:

— Его величество фараон Сехемхет — жизнь, здоровье, сила! — повелел передать тебе свое благоволение и пожелание львиного здоровья.

— Жизни ему, здоровья ему, сил ему! — воскликнул ученый.

— Ненеби, великий Сехемхет — жизнь, здоровье, сила! — желает видеть тебя и говорить с тобой.

Ненеби был удивлен.

Почему в такой ранний час понадобился он его величеству фараону?

— Не болен ли великий владыка?

— Болен, — ответил Ха. — Он не спал эту ночь, — ответил Ха. — Кожа его сделалась совсем как золото, — ответил Ха.

Ученый задумался. Он думал так крепко, что казалось, не здесь он, а очень далеко, в стране нубийцев или стране шумеров. Пока он думал, бойкий Ха вытащил занозу из ноги.

Была та заноза с мизинец, и ни один из царских скороходов не смог бы стерпеть ее.

— Я иду, — сказал Ненеби, точно просыпаясь ото сна.

— Он ждет, — ответил Ха. — Он желтый, как золото, в своем золотом зале, высоком, как небо.

— Иду, — сказал Ненеби.

И он заторопился вместе с Ха.

Ненеби предстал перед живым богом. И сказал ему фараон.

— Я звал тебя, Ненеби. Я ждал тебя, Ненеби. Я думал над твоими словами, Ненеби. Ты говорил, Ненеби, очень резко.