Фараон Эхнатон

А сейчас? Нужны ли сейчас?

— Нет! — Семнех-ке-рэ даже слова «война» пугался.

Его величеству не понравился его категорический ответ. Бывают случаи, когда без войны не обойтись. Слишком большая внешняя угроза, например. Тут без войны не обойдешься! Но и в этом случае следует точно определить: существует ли такая угроза или придумывают ее военные? Конечно, азиатов надо держать в узде. С этим никто не спорит. Да и спорить глупо. Это понятно и младенцу в колыбели…

— Когда я пытаюсь смотреть вперед, — его величество сделал вид, что рассматривает какой-то отдаленный предмет (он даже ладонь приставил козырьком ко лбу), — когда я смотрю далеко вперед, то вижу величие Кеми не в войнах.

Человек не может драться всю жизнь…

— Не может, — повторил Семнех-ке-рэ.

— Ему нужна и передышка…

— Он рожден не для того, чтобы драться всю жизнь.

— А для того, чтобы жить. Наслаждаться. Молиться его величеству Атону. Слагать гимны. Работать на полях. Кормить семью и детей.

— Что осталось от Хуфу?

— Пирамида величайшая.

— Пирамиду сложили не воины. Не люди вроде Хоремхеба! А люди с отвесами и молотками в руках. Так почему же мы должны отдавать предпочтение войне?!

— Я и говорю!.. А что этот Хоремхеб?

Семнех-ке-рэ подумал немного, по-детски напряг лоб и сказал:

— Может, прогнать Хоремхеба подальше?

Его величество вдруг расхохотался. Он встал. Хохоча, прошелся до угла. Вернулся назад.

— Нет, так нельзя, — сказал он обескураженному Семнех-ке-рэ. — Во дворце нужны разные люди. Даже негодяи.

Семнех-ке-рэ сидел почтительно — ровно, сложив руки на коленях.

Что же это получается? Терпеть негодяев, чтобы пользоваться их услугами? Это же противно совести. Да, тяжела участь фараона, если он принужден терпеть негодяя у себя под боком.

— Со временем ты узнаешь многое. Тронный зал таит много секретов. Когда ты облачишься в одежды и наденешь на голову бело-красную корону — смиришься и с тем, что не допускаешь сейчас к своему сердцу. Все тогда поймешь! Ты будешь смотреть в глаза приближенных совсем иначе.

Они будут искать в зрачках твоих сокровенный смысл. Но и ты будешь стараться прочесть тайные письмена, которые в сердцах. За это я ручаюсь! И вот тогда ты поймешь, что непременно нужны и негодяи. Рядом с честными…

— Не понимаю, — упрямо сказал Семнех-ке-рэ.

— Может, не понимаешь и не поймешь никогда, но держать возле себя негодяя будешь. Ты сам увидишь, что без этого трудно. Почти невозможно.

— Это ужасно! — И Семнех-ке-рэ содрогнулся. Ему стало не по себе.