Парень тут же передал это торговцу и тот низко поклонившись, поблагодарил за сделку и распорядившись своим воинам осторожно взять сундук, ретировался на свою лодку, которая подняв косой парус, вскоре быстро пошла на север.
Военные при виде такого количества металла, радовались словно дети, говоря мне, что наконец-то можно заказать мне доспехи, оружие, шлем, всё, чтобы в битве я теперь не пострадал. Пришлось их пыл немного охладить, что мы разумеется отложим для этого металл, но ни о каких битвах речи идти не может.
Я затворник в своём поместье, мне здесь хорошо и никуда я не собираюсь выезжать. Это их расстроило, но ненадолго, они стали уговаривать отпустить часть из них с этим металлом в Фивы, чтобы они заказали для меня у мастеров доспехи и оружие. Они были такими активными, что пришлось уступить, и обрадовавшись моему согласию, военные ушли строить планы, а также думать, как снять с меня мерки, чтобы всё подошло потом по размеру.
Я же, завладев металлом, отправился к гончарам, которые должны были сделать мне тигели из новой глины.
На просушку и затем обжиг уйдёт ещё несколько дней, но я был уже привыкший к небыстрому местному техническому процессу, поэтому осмотрев вылепленные стаканы с закруглённым внутренним дном, я вернул их обратно им, разрешив начать сушку и обжиг.
— «Что-то уже все вернулись, кроме Меримаата и Бенермерута, — задумался я, идя в дом, — уплыли давно и до сих пор не вернулись. Нужно наверно военным, которые отправятся в Фивы, сказать, чтобы поспрашивали о них».
"
"Беспокойство о пропавших товарищах передалось от меня и моим спутникам за ужином, так что Минмос заверил, что обязательно пока будут делать доспехи, они наведут справки о пропавших. На том мы и порешили, поев гусятины, поскольку у гусей начался перелётный сезон и весь Нил просто заполонили их стаи, поэтому рабы силками таскали нам жирных и вкусных птиц на обед и ужин. Я же уже начавший свыкаться с ролью рационализатора, приказал оформить загон и ловить гусей туда, подрезая им крылья.
Их кормить, разводить, чтобы поголовье было больше того, что сейчас имелось у нас. Рехмир привычно тяжело вздохнул и заверил, что всё сделает.
* * *Наконец долгожданные тигели из белой глины были обожжены и готовы. Гончары вытащили их из моей печи, которая им понравилась больше, чем своя, затем почистили тигели, прежде чем преподнести их мне.
