Фартовый город

 — Скажи, вы за этим Ханом разведку вели?

Цецохо осторожно ответил:

— Приглядываем вполглаза.

— Надо во весь глаз. Что о нем известно?

— Ловок, бестия. Крови на нем много. В Москве в большом авторитете обретался.

— А сюда как попал?

— Да так же, как и ты. Жарко стало, вот он и утек.

— Ясно… Один он бывает или завсегда при компании?

Авцын придвинулся и сказал вполголоса:

— В бане Хан Иван один бывает.

— В какой?

— Братьев Худовердовых, что на Рождественской улице.

— На виду больно, — засомневался грек.

— Так он тебе и пойдет!

— Ежели по-умному сделать, то выманить можно, — настаивал Азвестопуло. — Бабу подослать. Он насчет женского пола как, интерес имеет?

— А черт его знает, — смутился Прокопий.

Грек встал:

— Вот что, ребята. Я человек широкий, планы у меня как у Бонапарта. Слыхали про такого?

— Доводилось, и что?

— В Одессе двадцать косуль[44] спроворил, а они взяли да уплыли.

Стодесятники молча смотрели на новенького, ждали, что он дальше скажет.

— Надо идти, брать приступом Ростов. Нахичевань — дыра, все деньги по ту сторону межи.

— Там таких умных мильён, вся Богатяновка ими забита, — возразил Авцын. — Не дадут. Кто пустит чужих?

— А мы и спрашивать не будем. Придем, возьмем что пожирнее, и только нас и видели. Ну?

— Ты вчера лишь тут появился, обстоятельств не знаешь, — терпеливо стал объяснять Цецохо.

— Если я вам его спишу, возьмете в свою хевру?

— Нам люди требуются.

— И мне одному не справиться. Бомбу я сделаю, но после взрыва надо налететь, тех, кто уцелел, добить. Сорвать куш и деру. Команда нужна. А вы масалки [45], народ к пальбе привычный.

На том они и сговорились. Новенький оделся неприметно и отправился разведывать Богатяновку. Через день он появился в номерах Искидарова и заявил атаману стодесятников:

— Дай мне на завтра трех человек с подводой.

— Пошто?

— Сгодятся покойника увезти.

— Толком объясни, — нахмурился Прокопий.

— Нашел я Хана Ивана, буду ему секир башка делать.

— Сам?

— Конечно, сам, я же обещал. Но списать его придется в Ростове, сюда он не поедет. А труп лучше положить здесь. На той стороне должны сразу понять, кто пришиб и за что.

— Так-так… — теребил бороду атаман.