Фаворит. Том 1. Его императрица

Пассек, человек мужественный, рассудил здраво: если убежит из-под ареста, начнут копать дело далее и наверняка доищутся до верхушки заговора. Значит, сиди и не чирикай.

– Закрой меня, робятки, – велел он солдатам…

Гришка Орлов прибежал к Панину.

– Пассек арестован, – сообщил он.

– Ну и что ж? – зевнул Никита Иванович.

– Как что? Вот станут ему ногти в дикастерии нашей клещами вытягивать, так он и распоется про дела наши…

Панин нашел верное дипломатическое решение:

– Пойду-ка я посплю… – И ушел.

Григорий Орлов наскоро переговорил с братьями:

– Поспешим, пока всех нас за шулята не перехватали…

– Баста! – сказал Алехан, заряжая пистолеты.

Он имел в виду Перфильева. Гришка предложил:

– Может, мне сразу зашибить его, как муху?

– Успеется, – отвечал Алехан. – Сейчас иди к нему, вина ставь бочку, карты клади – играй и проигрывай… на деньги плевать! Завтра или на плаху ляжем, или вся Россия нашею станет…

Был уже конец дня. Григорий Орлов явился под надзор Перфильева, с треском распечатал колоду карт.

Он знал, что ему играть до утра. В это же время Федор Орлов прискакал в Аничков дворец, сунулся в приватные апартаменты гетмана Кириллы Разумовского.

– Вы один? – спросил гетман.

– Но за мною – вся гвардия!

– Кто вам поручил навещать меня?

– Мой брат Алексей. Он сейчас поскачет в Петергоф, а вы, как полковник измайловцев, сможете ли свой полк?..

Гетман поднятой рукой придержал его речь:

– Пошел вон… болтун!

Изгнав Федора Орлова, он призвал адъютанта Тауберта.

– Иван Иваныч, – сказал он ему, – сейчас вы спуститесь в подвалы Академии, где приготовлен печатный станок и сидит наборщик. Сразу же, как в ваши руки попадет манифест о восшествии на престол императрицы Екатерины Второй, вы…

– Нет, нет, нет! – в ужасе закричал Тауберт. – Ради бога, сиятельный граф, избавьте меня от этого… Я знаю, чем в России кончаются такие дела. Умоляю – не губите меня.

Разумовский резко поднялся из кресла:

– Но вы уже извещены о тайне, которую я вам доверил.

Он сурово замолк. Тауберт пал на колени:

– Не принуждайте меня, высоковельможный гетман.

Разумовский молча снял со стены дорогую запорожскую шашку. Он свистнул, и в кабинет, помахивая хвостом, вошла борзая. Одним ударом граф снял с нее голову.

– Или я поступлю с вами, как с этой собакой!

…Ночью уже начал стучать печатный станок.