Фаворит. Том 1. Его императрица

О том же талдычил ему и адмирал Спиридов:

– Флот – не армия, корабли – не телеги! Насупротив нас, погрязших в борьбе за города и крепости, султан Мустафа выстраивает армаду свою, доверив ее опыту Гасан-бея, славного пирата берберского, величаемого титулом «Крокодил Турции».

– Крокодила-то сего бояться ли? – спрашивал Алехан.

– Крокодилы тоже слезами горькими плачут…

Получалась чертовщина! Все утвержденное в Петербурге приходилось ломать на ходу, перекраивая планы императрицы заново: флоту отрываться от берегов, выплывать в просторы.

Наварин с моря подкрепляла эскадра, но с берега крепость осаждали многочисленные байраки турок и албанцев. Эльфинстон не появлялся. Наконец греческий корсар Ламбро Каччиони, придя с моря, доложил Орлову, что случайно повстречал эскадру Эльфинстона:

– Он высадил десант в Рупино, солдаты ваши пошагали в сторону Мизитры, а эскадра его снова ушла в море.

Спиридов и Орлов чокнулись бокалами с пиратом.

– На английском флоте за такие фокусы вешают, – сказал Спиридов. – Случись, Хассан запрет нас в Наварине, и мы останемся как мухи в сметане – деваться некуда… Куда его черт понес?

А скоро известились, что из Стамбула вышла еще одна эскадра, спешащая в Архипелаг, дабы подкрепить флот Гасан-бея.

Шутки были плохи: «крокодил» уже разинул зубастую пасть…

Эльфинстон не стал искать Спиридова в Архипелаге, не унизил свою гордость свиданием с явным выскочкой – Алеханом Орловым. Бездумно выбросив на берег десанты, обреченные на гибель, английский наемник направил свою эскадру в море, чтобы наглядно показать миру, как умеют сражаться на море англичане.

Алехан пребывал в состоянии праведной ярости:

– Пошел для себя лавры рвать, о других не думая…

Он распорядился: Спиридову поспешить в снятии десанта, высаженного Эльфинстоном, самого Эльфинстона найти и подчинить себе, чтобы впредь не имел права для всяких импровизаций.

– А я останусь у Наварина на «Трех иерархах» с бригадиром Ганнибалом. Ежели невмоготу станет, сыщу вас в Архипелаге… Ну, Григорий Андреич, пока прощай, даст бог – свидимся!

Больных и раненых девать было некуда – Спиридов отплыл вместе с ними, и белые паруса медленно растворились в морской синеве.

Орлов недолго держался у Наварина, Ганнибал доложил:

– Турки отрезали воду от крепости и города, ладно уж мы, но там бабы, детишки плачущи… Сил нет вопли их слышать!

Над салоном Орлова словно гроб заколачивали: тук-тук, так-так, – это бродил по декам капитан-командор Грейг в подкованных ботфортах.