Фаворитка императора

 – Ну, деньги, или я стреляю! И не двигайтесь, особенно вы, доверенное лицо, а то…

Сердце Марианны забилось с перебоями. С исказившегося лица Франсиса на нее смотрела сама смерть. Такова была его жажда золота, что он, безусловно, не колеблясь выстрелит, но она не проявит страха перед ним. Глубоко вздохнув, она выпрямилась всем телом.

– Здесь? Вы не посмеете, – с презрением сказала она.

– Почему? Тут нет никого, кроме этого солдата… и он далеко. Я успею убежать.

Действительно, высокий гренадер спокойно прогуливался, заложив руки за спину, мимо высоких фигур.

Он медленно подошел к императорскому столу и не смотрел в их сторону. У Франсиса было достаточно времени, чтобы выстрелить несколько раз.

– Договоримся, – предложил Аркадиус. – Половину сейчас и половину, когда вернется мадемуазель Аделаида!

– Нет! Слишком поздно, и у меня нет времени. Мне нужны деньги, чтобы вернуться в Англию, где у меня дела. Итак, давайте деньги, или я возьму их силой и перед отъездом найду возможность распространить мои желтые листовки.

Каков будет их эффект – увидите. Хотя, если вы умрете, это не будет вас беспокоить.

Пистолет угрожающе заколебался в руке Франсиса. Марианна растерянно оглянулась. О, если бы можно было позвать этого солдата! Но он внезапно исчез… Франсис был сильней. Надо сдаваться.

– Отдайте ему деньги, друг мой, – сказала она бесцветным голосом, – все равно его повесят.

Не говоря ни слова, Аркадиус протянул портфель. Франсис жадно схватил его и спрятал под плащом.

Пистолет исчез там же, к облегчению Марианны, которая, видя безумие в ледяных глазах Франсиса, боялась, что он все равно выстрелит. Она не хотела умирать, особенно таким глупым образом. Жизнь приобретала в ее глазах, она даже не знала почему, необычайную ценность. Начиная с самого детства она слишком много отдала, чтобы согласиться потерять ее вот так, под пулей одержимого. Франсис ухмыльнулся, отвечая на ее последние слова:

– Не надейтесь! У людей моего толка крепкая жизнь, заплатив, вы убедились в этом.

Мы еще увидимся, добрейшая Марианна! Помните, что я оставляю вас только на год! Используйте его!

Небрежно коснувшись пальцем шляпы, он проскользнул между застывшими фигурами придворных, как вдруг неожиданно упал. Появившийся из-за исполинского изображения маршала Ожеро гренадер свалил его на пол.

Ошеломленная Марианна и Аркадиус смотрели на сцепившихся в яростной схватке мужчин.