Фаворитка императора

Она хотела выйти, но Марианна удержала ее:

– Да, ваша светлость?

Взглянув прямо в глаза экономке, она тихо спросила:

– В какой части дворца находятся апартаменты князя?

Донна Лавиния явно не ожидала такого вопроса, впрочем, вполне естественного. Марианне показалось, что она побледнела.

– Когда он бывает дома, – с усилием проговорила она, – наш господин живет в правом крыле… противоположном этому.

– Хорошо… Благодарю вас.

Сделав реверанс, донна Лавиния исчезла, оставив Марианну и Агату наедине.

Миловидное лицо девушки выдавало страх, и от обычной уверенности развязной парижанки не осталось и следа. Она сложила руки, как ребенок перед молитвой:

– Неужели… мы долго останемся в этом доме, мадемуазель?

– Нет, я надеюсь, что не очень долго, Агата. Разве он вам так не нравится?

– Он очень красив, – сказала девушка, бросив вокруг себя недоверчивый взгляд, – но он мне не нравится. Не могу понять, почему? Пусть мадемуазель простит меня, но мне кажется, что я никогда не смогу прижиться здесь.

Тут все так отличается от нашего…

– Все же распакуйте мой багаж, – со снисходительной улыбкой сказала Марианна, – и не бойтесь обращаться к донне Лавинии, экономке, за всем, что вам понадобится. Она симпатична и, по-моему, добра! Ну-ка, смелей, Агата! Вам нечего бояться здесь. Просто непривычная обстановка, усталость с дороги…

По мере того как она говорила, Марианна заметила, что, пытаясь успокоить Агату, она в действительности обращается к себе.

Она тоже чувствовала себя странно подавленной с того самого момента, как они пересекли высокую ограду этого необычайного и великолепного поместья, тем более что она не замечала никаких осязаемых признаков какой-либо опасности. Это было что-то более тонкое, какое-то нематериальное присутствие. Без сомнения, присутствие того, так тщательно скрывавшегося человека, для которого эта вилла была основным обиталищем, где он, вероятней всего, предпочитал пребывать. Но было еще что-то, и Марианна могла поручиться, что это «что-то» находится в самом помещении, словно тень женщины, установившей когда-то все эти зеркала, еще блуждала, неосязаемая, но властная, в этих комнатах, расположенных вокруг святилища, в котором громадная позолоченная кровать была алтарем, а маскарадные персонажи на потолке – верными прихожанами.

Марианна медленно подошла к одному из окон. Может быть, из-за английской части в ее крови она верила в привидения.