Фаворитка Тёмного Короля

Создавалось впечатление, что я всего лишь маленькая букашка, затерявшаяся в этом мраке.

Морану повел меня внутрь, и я, вцепившись в сумку, позволила ему руководить нашим движением.

– Его величество с нетерпением ожидает встречи с вами, – молвил провожатый, явно нервничая. – А он ужасно не любит ждать.

– Я могу переодеться с дороги?

– Позже. После встречи вам покажут комнату и предоставят возможность приготовиться к ужину.

– Король желает видеть вас немедленно. Мы и так задержались в дороге.

Моя бровь невольно удивленно изогнулась.

Задержались? Да они гнали коней с невероятной скоростью!

Все это время мы двигались по коридорам, сворачивая то направо, то налево. Я уже давно запуталась в этих лабиринтах и сменяющих друг друга интерьерах. В душе скопились тревога и предвкушение. Даже пальчики на руках покалывало от подступающего волнения. Хотелось пригладить волосы и поправить юбку или проверить макияж. Вот только зеркальце достать времени не было.

К счастью, в одном из коридоров мы проходили мимо старинного зеркала.

Я остановилась, вглядываясь в зеркальную гладь. Верх этой красоты был отделан массивными металлическими завитушками, а вот низ соединялся со стеной корнями настоящего живого дерева, словно зеркало росло здесь.

Я отметила, что мой макияж в норме, но оторваться от отражения и продолжить путь не смогла. Что-то влекло меня, что-то звало к себе.

«Она, она, она…» – Зеркало пошло рябью, и шепот полился из него.

Этот шепот с каждой секундой становился сильнее, грозя превратиться в крик.

И тут меня резко выдернули из серебрящегося марева.

– Аккуратней! Дворец переполнен древней магией, которая, скорее всего, смертельна для вас.

– Хм, простите. Такая красота… Я увлеклась.

– Дикое волшебство всегда прекрасно.

– Дикое? – переспросила, не совсем понимая, о чем речь.

– Светлые подчинили дарованное богиней волшебство своим желаниям. Они забыли, что магия – это живая материя, и, превратившись в их пленницу, она утратила часть былого могущества.

Но светлые этого не замечают. Сделавшись слишком похожими на людей, благие увлеклись политическими интригами, пропагандой своей божественности и распутством. Все меньше и меньше благодати снисходит на их женщин, и при их дворе уже практически не рождаются благородные сидхе.

– Сидхе? В наших газетах темных зачастую называют дроу, а светлых именуют сидхе. Верно ли это?

– А еще вы часто называете нас эльфами.