Федор Годунов. Стылый ветер

Моё войско будет расти с каждым днём, а его наоборот разбегаться. А подкреплений из Москвы ожидать не приходится. Там сражения с болотниковцами в самом разгаре; каждый воин на счету.

И вот зачем мне тогда это преследование нужно? Для чего? Чтобы одержать победу над переставшим быть опасным противником? Перебить несколько тысяч русских воинов, что скорее всего в будущем будут переброшены для борьбы со вторым самозванцем и польскими интервентами? Заставить Василия Шуйского в ущерб борьбе с Болотниковым всё же перекинуть часть сил на Север? И при этом ещё и возможность поражения сбрасывать не нужно.

Всё же численностью нас противник по-прежнему превосходит и будучи загнан в угол, может неприятно огрызнуться. Не нужно забывать, что мы разгромили лишь часть дворянской конницы, а полтысячи бьющих из засады московских стрельцов, могут оказаться очень неприятным сюрпризом.

— Неоправданный риск. Одной конницей мы с ними не справимся, а пехоте вражеское войско просто не догнать. Да и Шуйского, даже если мы победим, захватить вряд ли получится.

Уж что-что, а удирать Васькин братец хорошо умеет. Сколько бы битв не проиграл, ни разу не догнали.

Про то, что некоторые из этих битв ещё не состоялись, я уточнять не стал.

— Вот что, Ефимка, — вспомнил я о десятнике. — Скачи обратно к Подопригоре. Пусть кого-нибудь к воротам пошлёт. О том, что я уже к городу подхожу, там, наверняка, знают. Вот и пусть Барятинскому передадут, чтобы к встрече своего царя готовился.

В Ярославль нужно въезжать со всей пышностью.

Под радостные крики обредших своего царя подданных, пушечную пальбу и благословения местных церковных иерархов. Чтобы по всей Руси слухи об этом пошли. И с Фролом связаться нужно. Хватит ему на своей заимке без дела сидеть. Пусть слух по Москве распускает, что князь Шуйский оттого без боя из Ярославля сбежал, что не посмел супротив законного царя идти. Быстрого эффекта эти слухи не дадут, но почву для моего возвращения подготовят.

Дальше продвигались не спеша, давая время горожанам подготовится к встрече.

Я надел дорогущую, специально ради такого случая привезённую из Костромы шубу, натянул на голову, обитую соболиным мехом шапку.

Нужно будет Грязному весточку послать. Пришло время шапке Мономаха в этот мир вернуться. Всё же, если к слухам о появлении Фёдора Годунова в Костроме многие довольно скептически отнеслись, то после взятия Ярославля, я становлюсь довольно весомой фигурой в борьбе за московский трон. Нужно соответствовать.