Федор Годунов. Стылый ветер

Ломоть⁈ Он то что здесь делает? Я же ему в Москве сидеть велел! Значит, случилось что-то! Что-то очень серьёзное, раз сын боярский рискнул моего приказа ослушаться и в стан к восставшим пробраться.

Врываюсь в дом, нахожу глазами топчущегося возле окна мужчину. Тот низко поклонился, нервно мня в руках шапку.

— Ты как здесь оказался, Ломоть?

— Знакомец у меня сегодня у сретенских ворот караул несёт. Вот и выпустил как стемнело. Насилу нашёл. Очень уж весточка важная, государь.

— Это какая же? — поинтересовался я, лихорадочно перебирая в памяти всё, что могло случится в истории в ближайшие дни.

И ничего, кроме предстоящего вскоре сражения под Коломенским, припомнить не мог.

— Сестра твоя, государь. Царевна Ксения.

— А что с Ксенией? — не понял я. — Она же с Семёном Годуновым у датского короля сейчас гостит.

— Так я для того и пришёл, чтобы обсказать, — облизал губы Ломоть. — Не получилось у царевны до Белого моря добраться.

— Ты что мелешь!!!

Я схватил Ломтя за грудки и с силой встряхнул, так что у Гаврилы зубы клацнули.

— Погоди, Фёдор, — вырвал сына боярского из моих рук Порохня. — На, выпей квасу. А заодно и в чувство придёшь. Тут с холодной головой слушать нужно.

Я приложился к кружке, буквально всосав в себя холодную жидкость, вытер рукавом губы, сел на лавку, стараясь выровнять дыхание. Нужно, и впрямь, успокоится. Тут Порохня прав. И наконец узнать, что не так с Ксенией вышло.

— Говори.

— Царевну с Годуновым уже под Вологдой люди Шуйского догнали. Боярина Семёна там же на месте и зарезали.

А Ксению в Горицкий монастырь, что там неподалёку стоит, тайно заточили. А чтобы искать царевну, никто не стал, людишки Шуйского слух о том и пустили, что царевне за море уплыть удалось.

— Откуда знаешь⁈

— Так я же, после того как Долгорукого спас, в ближниках у него. Доверять он мне начал. Деревеньку под Москвой у царя выхлопотал, в жильцы (дворяне, выведенные по выбору на жительство в Москву) вывел. А сам князь в большую силу вошёл. Шуйский его возле себя держит. Вот сегодня Долгоруков мне и сказал, что завтра утром по дороге на север поскачем.

Царевну по приказу Шуйского в Москву везут. Гонец от них прискакал. Боятся на бунтовщиков нарваться, встретить просят. Вот мы навстречу и поскачем.

Я задумался, не в силах поверить в услышанное. Ну как так-то⁈ Ведь уверен был, что Ксения сумела спастись!

А с другой стороны, на чём была основана моя уверенность? Всё на тех же слухах. Никакой более конкретной информации о судьбе царевны я не имел.