Значит, я тут почти влюбилась, а у него гарем? И сейчас, надо думать, где-то сидит целая сотня наложниц, проклиная меня на все лады! Ревнивый гарем требует своего падишаха, но он уделяет все внимание моей скромной персоне!
За роскошной дверью слышалось: «Я еще раз спрашиваю, откуда взялась иголка! Здесь все должно было быть безопасно! Я предупредил вас! Никаких острых углов! Ничего! Укрепите стекла заклинаниями! И эту комнату, и ее комнату! Она проклята невезением, а я не хочу, чтобы у нее было «бо! ». Я распахнула дверь, понимая, что сейчас «бо!», будет у кого-то другого.
— Где они? – решительно спросила я, размахивая грудой писем. – Малиора, Амелия, Лионелла, Камилла и все остальные! Так, гаремовладелец, признавайся!
Слуги застыли на месте, глядя на меня во все глаза. Оберон повернул голову в мою сторону, а я мысленно прикидывала, как зовут служанок. Иголка ревности колола мое сердце так, что каждая мысль о гареме сопровождалась мучительной болью.
— Ну, показывай свой гарем! – усмехнулась я, шурша письмами и глядя ему прямо в глаза.
– Где он?
— Не скажу, — глухо произнес Оберон, внимательно глядя на меня. – Тебе незачем это знать!
— То есть, — я прищурилась на него, понимая, что у такого мужчины как он, пахнет не просто гаремом, а гаремищем! – Он все-таки есть! Понятно.
— Да, он есть, — процедил Оберон сквозь зубы, а молодая феечка, шарившая руками по полу, удивленно посмотрела на него. – Гарем существует!
— Тогда я не вижу смысла оставаться здесь! – обиделась я, мучимая порывами необъяснимой ревности.
– Проклятье, я как-нибудь сниму сама! Поверь, в мире людей найдется маг, который его снимет!"
"Я развернулась и направилась в свою комнату, громко хлопнув дверью. «Ваше Величество! Зачем вы сказали ей про гарем?», - пропищал голосок служанки. «Молчи!», - рявкнул Оберон.
Гарем у него, значит. Понятно! Я влетела в свою комнату, а стоило мне обернуться, как вдруг дверь закрылась. Я попыталась ее открыть, но тщетно! Простите, сейчас характер достану из ящика «Не показывать мужчинам!», отряхну с него пыль и буду думать, как поступить.
Я попыталась открыть окно, но оно было наглухо закрыто. Стул в моих руках не смог заменить отмычку, просто отскочив от стекла, которое пошло рябью.
— Ай! – потерла я ушибленную стулом ногу, гневно осматриваясь по сторонам в поисках чего-то покрепче. Пока что из «покрепче» были только слова.
— Мышки, — ласково позвала я домашних нелюбимцев, которые вдруг резко стали любимцами.
