Значит, мало того, что эта моль древняя, как покакульки мамонтенка, так еще и стала виновницей смерти королевы? И вся вот эта каша завязалась из-за того несчастного принца? Мне казалось, что я скоро смогу легко преподавать историю королевства фей! Так, мне срочно нужен мужик, который на девять месяцев обеспечит индульгенцию. Шучу, конечно!
— У вас есть письма от кого-нибудь, живущего недалеко от того леса? Я смогу переместиться туда! – закусила губу я, все еще находясь под впечатлением истории. Мелюзина накосячила, погибла Королева, Король Ллуд сошел с ума и не только организовал культ дочери, разругался с братом – драконом, возненавидел людей и создал оружие против них – Оберона.
Оберон и принцесса влюбились друг в друга, Ллуд был против любви. Король фей и чудовище им созданное сражаются за девушку, которая погибает от заклинания, которым ее случайно зацепило во время битвы.
— Да! У нас есть налоговая ведомость! – спохватилась Доротея, отдавая распоряжение слугам. – Значит, коня не нужно. Мы отвлекаем Ллуда, а мама тем временем достает этот цветок!
Нам принесли свиток, а я попыталась палочкой дотянуться и почесать левое крыло.
Ну невыносимо же чешется! Свиток в моих руках развернулся, а я смотрела на мелкий убористый почерк, понимая, что мне все равно, что здесь написано. Главное подобраться поближе к лесу. Времени мало. Я не знаю, сколько еще протяну.
Я смотрела на свою руку, а по ней тонкими нитями проступал узор паутины. Моя рука легла поверх паутинки, прикрывая ее от глаз Доротеи.
— Ну все, прощайте! Постараюсь выжить! – улыбнулась я, глядя на красивые крылья Доротеи.
— Зачем ты это делаешь? – спросила Доротея, глядя на меня с тоской и тревогой. – Неужели оно того стоит?
— Да, милая, стоит… — выдохнула я, в надежде, что легенда не оказалась выдумкой или ложным следом. Налоговой ведомости коснулся кончик моей палочки. – Перенеси меня к ним!
Меня неловко подняло в воздух, а я развела руками, глядя с каким удивлением Доротея смотрит на мой «полет».
— Да, милая, — усмехнулась я, глядя на ее изумленное лицо в тот момент, пока меня болтало на порванных крыльях.
– Твоя мама летает, как дерьмо…
— Ой, — простонала Доротея, бросаясь к дракону. – Почеши мне крылья! Так хотела попросить тебя! Вот раньше не чесались, а теперь так чешутся!
Меня дернуло, а я очутилась в какой-то комнате. Среди кучи бумаг и мешка с золотыми сидели три небритых мужика. Один скреб пером при свете дрожащего огарка, а двое зачерпывали деньги из мешка, распихивая по карманам.
