Фея из комиссионки

– Возможно, я ему понравилась и Люк на что-то рассчитывал, – еще раз шмыгнула носом Цветкова, совсем обессилев в его руках.

– А зачем ты приехала к нему? – Мартин наконец отпустил ее.

– К кому? – не поняла Яна. – Ах, ты об этом! Да ты с ума сошел? Я не к нему ехала! Говорю же, случайно познакомились. Я же ехала сюда с женихом, якобы с женихом…

– Ах, да! Как же я мог забыть? Просто другой мужчина предлагал тебе в койку. – Мартин снова схватил Яну.

– Я приехала сюда с Виталием Николаевичем, чтобы предстать перед его мамой.

Как его невеста, понимаешь? Ну, понарошку! Она собралась умирать и не может сделать это спокойно, не пристроив великовозрастного сына в надежные женские руки. Это у нее пунктик такой. Ты Виталия знаешь. Мы дружим очень много лет. Мы познакомились до твоего появления в моей жизни. Я не смогла ему отказать. А что тут такого? Успокоить пожилую женщину…

– Почему именно ты должна была выступить в этой роли? – не понял Мартин. – Почему мне не сказала?

– Зачем тебя нервировать? Ты собрался на задание.

Виталий много раз рассказывал своей матери обо мне, она знает меня как его подругу. Дама она у него серьезная, с хорошей памятью. Виталий просил, просто умолял сыграть роль его невесты. Ну, сам подумай, к кому, кроме меня, он мог обратиться с подобной просьбой?

– Да, ты мастерица на подобные штуки! Но ты считаешь, что успокоила меня? Я знаю прекрасно, что Виталий – твой давний друг. Но не отрицай, что все эти годы он безответно в тебя влюблен.

– Ключевое слово «безответно».

– Ты один раз уже собиралась за него замуж! – Он дёрнул ее за руку.

– Ты делаешь мне больно.

– Да ты просто какой-то итальянский ревнивец! Да включи мозги уже! – Яна надулась и отвернулась от него.

Мартин снова повернул ее к себе.

– Да, я ревную! А ты что бы делала на моем месте?

– Не переводи стрелки, дорогой. Это у тебя в номере голая тётка, а я живу одна!

– Так я же всё тебе объяснил!..

– Считай, что я приняла твои объяснения. Ты доволен?

Но Яна оборвала его:

– Прекрати.

Давай на этом месте остановимся.

Мартин вздохнул уже спокойнее.

– Прости. Наверное, я всё-таки был неправ.

Мартин посмотрел ей в глаза.

– Я больше не буду. Честное слово. Ревность – это нехорошее чувство.

– Согласна, – кивнула Яна.

– Ты – самое дорогое, что у меня есть в жизни, Янка. Я очень тебя люблю, – сказал Мартин и поцеловал ее. – Я никогда никому тебя не отдам! Слышишь? Я так долго тебя искал и жить без тебя не собираюсь.