Фея из комиссионки

– Да какой вы божий одуванчик? Вы террористка настоящая! Для вас людей водой из окна окатить и пистолетом угрожать – плёвое дело! Вон какого кабана скрутили, – показала Яна на итальянца. – Не нужно прибедняться, Лидия Васильевна! Есть еще порох в пороховницах! Уж я на что не из робкого десятка, но вы и меня сделали на раз!

– Старая школа, – пояснила ей Лидия Васильевна. – Профессиональные навыки отмирают последними.

– Вернёмся к началу. Первая жертва – бывший владелец завода? Так? – спросила Яна.

– Так. Если на меня еще повесят призывы к взятию Бастилии, убийство Кеннеди и самоубийство Мэрилин Монро, то я вряд ли выкручусь, – неуклюже пошутил Люк.

– Ты не шуткуй, – предупредила Лебедева. – Еще неизвестно что как и куда повернётся.

Яна задумалась, а потом заявила:

– Надо с Люка снять подозрение хотя бы в первом убийстве. Тогда будет легче доказать, что он и ко второму не имеет ни малейшего отношения.

– И как мы это докажем? – весьма заинтересованно спросил Люк.

– Так нам нужно узнать причину смерти. Есть ли на трупе генетические следы Люка. Труп ведь здесь находится. Нам повезло: у нас есть свой патологоанатом – Арнольд Елизарович! Хорошо бы узнать, кто монтировал атлантов в гостинице. Найти бригаду, прораба… – стала перечислять Яна.

– В одиночку Люк точно не запихнул бы труп в эту фигуру, – сказала Лидия Васильевна.

– Может, и запихнул бы! Вон он какой здоровенный. Но с подручным было бы быстрее, конечно.

– Я слышал разговор полицейского с Вадимом Приходько, сотрудником морга. Полицейский интересовался ремонтом и реставрацией здания, – сказал Арнольд Елизарович.

– А почему он задавал вопросы именно Приходько? Он что, специалист в ремонтных работах? – спросила Лебедева.

– Это вряд ли, он мой коллега. Просто он давно здесь работает и мог заметить что-то, что сейчас может помочь делу.

– Нет, конечно. Просто они с полицейским обсудили момент, как труп мог попасть в скульптурное изображение мужской фигуры, служащей опорой для балкона.

– Ну и что нам это дает? – спросила Яна.

– Это говорит о том, что одному человеку с этим точно не справиться. Обязательно нужен помощник.

Итальянец, до этого сидевший тихо, взорвался:

– Как мило!..