Фея в Академии Черного дракона

Ты слышишь, как они взвыли? Они начнут месть твоему роду именно с тебя. Они давно об этом мечтали.

— Не смей его трогать! — рыкнула я, неожиданно почувствовав смелость, едва речь зашла о любимых и дорогих для меня людях, и вышла вперёд, — или я убью себя! И ты не сможешь мучить меня гибелью этого мира.

Арахнид сомневался. Даарт взял меня за руку и заглянул в глаза, мол, зря ты так сказала, очень зря. Ему явно не понравились мои слова, впрочем, как и пауку. Он зашипел и отступил.

Лес зашумел, словно сообщая какие-то новости арахниду.

Пожухлая трава заскрипела, ветви бились друг о друга, а кустарники шелестели, сбрасывая кроваво-красные ягоды на землю. Несколько упали к моим ногам, и я отбросила их в сторону, поморщившись. Паук поймал выражение моего лица, и — мне лишь показалось — мысленно хмыкнул. Мол, чего ещё ожидать от избалованной принцессы?

Да, я избалованная принцесса, но мне привили любовь и заботу об окружающих. И разве так плохо — любить и себя тоже? Желать себе самого лучшего, холить и лелеять.

Ведь с любви к себе начинается и любовь к миру.

— Займусь вами позже, — заявил паук, выпуская паутину и поднимаясь по ней к кронам деревьев, но его голос всё ещё звучал отчётливо и громко: — Сейчас у меня есть другие дела и мне следует поторопиться — сгораю от нетерпения, как хочется поквитаться с этим миром. Мои дети будут с вами, и, надеюсь, ни один из них не пострадает, иначе вы ответите, истинные.

Паук уползал, цепляясь за деревья, переходя всё дальше и забирая с собой часть зверей.

Здесь их было бесчисленное множество, и я буквально чувствовала их предвкушение перед будущим и безграничную преданность арахниду. Он действительно был самим Тёмным лесом, его сердцем и душой, которая обрела плоть и мечтает о мести.

Пролетающие птицы, проходящие мимо звери, проползающие твари, уходя за своим предводителем, задевали нас, толкали, словно мы были им противны, мы были препятствием на пути к блаженной цели. Я с ужасом наблюдала за всем этим, прижимаясь к Даарту и желая, чтобы всё это оказалось ужасным страшным сном.

— Что нам делать? — спросила я шёпотом, чувствуя, как от страха начинает подступать ком к горлу.

— Если их останется заметно меньше, то сможем сбежать, используя лишь аэ-де, — прозвучал в моей голове голос Даарта. — Ты ведь всё ещё чувствуешь нить с арахнидом?

Чувствовала. Тонкую, едва видимую, но всё ещё нить. Мне было сложно на ней сосредоточиться из-за страха.