Обисяли нотью на кладбиссе плигласить и показать упыля и нетисть.
— Они спятили? — растерялась я. — Зачем приглашать тебя на кладбище и обещать показать упыря и нечисть⁈
— Интелесно зе.
Я моргнула, а потом рассмеялась. Горгулья захихикала еще сильнее, а потом призналась:
— Я зе тозе нетисть. Хотю на длугую посмотлеть. И я упыля никада не виделя. И зомби. Блатики сказали, у вас есть зомби и они слузят. Хотю зомби! Давай заведемь?
— Не надо, Зараза. Они частенько плохо пахнут и совсем неживые. Это грустно, особенно, когда поднимают кого-то из прежних слуг, которых хорошо помнишь за долгие годы службы.
Это всегда по их желанию и просьбе, но все же… Мы с тобой лучше как-нибудь без них, сами. Или заведем живых помощников.
Чуть позже, когда я отдохнула и пришла в себя, прочитала переписку горгульи с моим семейством. Посмеялась. Потому что писала Зараза в том же духе, что и самое первое послание. Это вызывало вполне закономерную оторопь и множество вопросов."
"Но, судя по всему, всем было весело. Чувствовалось, что даже дедушка начал получать удовольствие от происходящего.
Раз уж не пожалел времени на столько долгий обмен вестниками. Да и папа. Обычно они всегда сильно заняты, и не так-то просто добиться от них нормального общения. Им вечно некогда, поэтому предпочитают короткие фразы и максимально сжатые послания.
Братья же мои были в полнейшем восторге, чего и не скрывали. Леандр-то уже знал о моей горгулье, и сейчас просто был доволен от прямого общения. А Жан-Луи наверняка высказал брату за то, что тот не рассказал о моей питомице раньше, и отрывался сейчас в переписке.
И таки да, эти охламоны, пользуясь возможностью, пытались сманить мою реликтовую и уникальную горгулью. Не удивлюсь, если они и дальше продолжат общаться с Заразой, уже минуя меня.
Прочитав все, зарядившись дозой позитива, я все же нашла в себе силы встать, принять ванну, переодеться в халат и тапочки и спуститься в кухню. Надо поесть горячего и выпить чая. И туда же перенесла всю стопку посланий от Эдгара.
Мы с Заразой поели тушеного мяса, которое я подогрела, закусили пирожными с чаем.
— Ну тиво, плиступаем? — нетерпеливо перебирала лапами горгулья. — Тиво писет нась втолой музь?
— Да, приступаем. Что же он нам там пишет?
Писал Эдгар Флавио Ланц много.
«Феечка, спаси! Ты получила послание? Твой муж».
«Феечка, эта же я. Муж. Спаси!»
«Ты меня спасать будешь⁈ Муж».
«Не понимаю. Вестники до тебя дошли. Фея, отзовись. Муж».
«Феечка, ты помнишь, что у тебя есть муж? Спаси меня».
