Пульса нет, у нее не было шансов. Мне очень жаль. Вы быстро ее привезли, но с такими ранами не выживают. Примите мои соболезнования.
Разочарованный мужской голос тихо произнес в коридоре заученный текст. Он звучал искренне, потому что девочка была красивая, но с такими ранами спасти ее не было шансом.
— Фиксирую время смерти: двадцать один ноль семь. Жалко-то так. Красивая…, — добавил женский голос. — И молоденькая такая. Еще и беременная… Мне очень жаль, примите мои соболезнования и держитесь. Вы сделали все, что смогли.
Простите.
Глава 35
— Почему ты ей не сказал, что тебя сейчас выпускают? — спросил конвоир, после свидания с Шурой, когда мы оказались в коридоре. — Мог бы порадовать девку. Она тут каждый день отиралась, требовала пустить к тебе.
— Сюрприз хотел сделать.
Меня провели по коридору, где нас встретил светящийся радостью адвокат. Он разве что в ладони не хлопал, когда с моей персоны снимали наручники. Не, он молодец. Половину заяв «пострадавшие» забрали обратно, по поводу мэра дело развалилось еще когда я в лазарете подыхал, а остальное мы решили путем огромного залога.
Меня выпустили под круглую сумму до суда. Конечно, следак скрипел зубами и, как утопленник, цеплялся за все, что можно, но давление со стороны Салима сыграло немалую роль.
Сам старик ждал меня у ворот, светясь, как наполированный самовар.
— Ты, конечно, мастак попадать в переделки. Ты в курсе, что люди Волкова в городе и уже вовсю грабастают твою землю? — он закурил папиросу и указал в сторону «Хонды» Молчуна, в которую садилась Шура.
— Девочка переметнулась к другому? Мои люди следили за ней, она оперативно прильнула под бочок к твоему человеку и от него ни на шаг не отходила. Спустишь? Твой пацан работает с Волковым, кстати.
— Разберусь позже. И с ней, и с ним, — я усмехнулся, видя, как следом за Молчуном поехали Волковские парни. Артем быстро освоился, взял на себя бразды правления и подружился с Волковым. Собственно, для этого я этого парня и держал все время при себе, учил.
Мне нужен был тот, кто сможет остаться после меня, когда я брошу все и свалю с художницей в закат. Я все заранее спланировал и когда Молчун вдруг внезапно пропал, чуть не поддался панике, так как он должен был принять мои дела. Сам пацан ничего не ведал и не догадывался, но, уверен, сейчас гордился степенью доверия между нами.
— Тогда поехали, у нас уже все готово, — сообщил Салим, кивая на одну из машин.
