Те тоже никуда не торопились: лениво перебрасывались фразами и потягивали черный кофе из больших кружек.
- Мне кажется, они кого-то ждут, - поделилась я наблюдениями с Дэвом.
Он кивнул, но не удостоил меня ответом. Прищурился в сторону подозреваемых.
Первые признаки его тревоги я ощутила спустя мгновение. Дэв о чем-то усиленно размышлял и позабыл о работе вилкой. Утер рот салфеткой и я, к своему ужасу, увидела на ней капли крови.
- Уходим, немедленно! - прошипела в сторону хозяина и приподнялась.
Дэв схватил меня за рукав платья и с силой дернул.
Тонкая кружевная ткань затрещала, недовольная подобным обращением.
- Постой, - голос хозяина был тих, но настойчив. - Это не то, что ты думаешь."
"Я застонала про себя и мысленно досчитала до трех, сдерживая рвущуюся ярость. Что значит «не то»? В клубе наверняка объявились эмпаты, и они оказывают воздействие на Дэва. Ему плохо, но он все еще упрямится.
К бритоголовым подошел охранник заведения и передал какое-то сообщение. После чего и он, и наши подозреваемые удалились из бара.
Проследив за ними взглядом, Дэв наконец поднялся из-за стола. Зажал пальцами нос, силясь остановить кровотечение.
- Да что здесь происходит?! - испуганно воскликнул Лин, переводя взгляд с меня на цесаревича.
- Ничего такого, о чем тебе следовало бы знать, - осадил его Дэв. - Поднимайся и возвращайся в транспортник. И отгони его подальше от выхода.
- Ва...- начал было Лин.
Но Дэв остановил его ударом кулака по столу.
- Не возражай! Если через полчаса мы не выйдем - поднимай тревогу.
Лин, как нашкодивший пес, двинул к выходу. Нечаянно задел плечом танцующую пару. Но на поспешное бегство клювоносого никто из гостей заведения не обратил внимания. Только бармен сделал едва заметный жест рукой.
- Мы все же привлекли к себе внимание, - констатировала я. - Бармен только что вызвал охрану.
Гвардейцы поднялись вслед за цесаревичем. Судя по выражению их лиц, они давно догадались, что попали в переделку, и теперь ждали распоряжений.
Дэву понадобилось не больше минуты, чтобы вкратце обрисовать ситуацию - скрывать от подчиненных правду стало бессмысленно.
В отличие от Лина, гвардейцы не пришли в ужас от происходящего и приготовились к решающему маневру. Цесаревича нужно было срочно выводить из клуба. Но тот не торопился сбегать.
- Где-то в бункере томятся эмпаты - человек десять, не меньше. Это их боль я ощущаю, - признался Дэв. - Им нужно помочь. И срочно.
Гвардейцы не привыкли обсуждать приказы: надо, значит надо.
