Феодал

Денис Юрьевич что-то там всё распутывал, а я сел на кровать и положил меч на колени, чтобы протереть заботливо тряпочкой.

— Это что такое? — сердито спросил барон. — При гостях на родного отца руку поднять вздумал?

— Никак нет, папенька. Кто меч точит, тот мира хочет. Сегодня мне нечем похвастать, но вы можете забрать его, и тогда я дальше серого мира не продвинусь, — я протянул на двух руках клинок отцу, чтобы не распалять конфликт.

Тот посмотрел на меня, потом на моё оружие и громко высосал из зуба забившиеся остатки еды.

— Видали? — махнул он своим знатным гостям и передал ремень Снежане. — Клыки сразу спрятал, хитрая шельма, знает, когда запахло жареным. Оставь себе, витязь, — последнее слово он произнёс как очень смешную шутку.

Она вызвала бурю эмоций у подвыпивших. Мужчины гоготали как стая охрипших уток, и я было вздохнул с облегчением, потому что барон собрался отчалить восвояси, но что-то ёкнуло в его стареющей душе, и он развернулся.

— Айда покажу сынку как надо.

Молодость, эх, молодость.

Денис Юрьевич обхватил толстой пятернёй рукоятку и потянул меч на себя, но тут же закричал как резаный и выронил оружие на пол.

Ладонь скрючилась, задымилась и набухла волдырями. Запахло натурально жареным мясом, так что потянуло на рвоту. Друзья барона, спасаясь от дурноты, выбежали на свежий воздух. Обильное чревоугодие и неугомонные возлияния сыграли с ними злую шутку.

Отец бросился к бочке с водой и окунул туда повреждённую руку.

Тень облегчения легла на его лицо, но злость на бастарда никуда не делась. Ища, что бы сломать, он заприметил рядом на ящике дряхлую книжечку и запульнул ей в меня.

— Что ты сделал? Ты меня убить хотел! Ты понимаешь, что всё, всё — ты нежилец. Драйзер! Позовите Драйзера, нет, стой, — крикнул он Снежане.

Та, запыхавшись ещё на старте, вернулась к дверному проёму.

— Что, ваше благородие?

— Всех зови, Драйзер ему потакает, я всё знаю.

— Щас, щас я сотру эту ухмылочку с твоего лица, выродок.

Надо было задушить тебя. Пожалел, сердце у меня большое, жалко стало…

Я поднял свой меч и с интересом осмотрел. Дело в том, что никаких заклинаний я не использовал — это всё произошло само по себе. Желание заткнуть отца было высоко, но не такой ценой. Отыскав шкатулку с порошком стяженя, я высыпал несколько крупинок во флягу и потряс ей.

— Держи, это поможет, рука мигом пройдёт, — предложил я ему, но взгляд барона о многом сказал.