Феромон

Огромные, в две стены, окна углового офиса создают иллюзию, что кабинет парит в пространстве, и пропускают в кабинет столько света, что режет глаза.

- В прямом, - указывает Клара на пустой стул, подразумевая владельца. - Старайся держаться от него на расстоянии двух-трёх шагов и не бери то, что он держал в руках.

- Он что, чем-то болен? - искренне недоумеваю. - Или проклят? Или это какое-то суеверие?

- Считай как хочешь, но просто прими за совет, - идёт она мимо меня к выходу и, поравнявшись, добивает: - Если что, я предупредила.

Интересно, и чем мне это должно помочь? Типа тут по округе бегает маньяк, не знаю, чем опасен, но всё равно будь осторожнее.

- Клара, а что это был за иск о сексуальном домогательстве?

- Это ты про историю с прошлой секретаршей? - разворачивается она на сто восемьдесят градусов так быстро, словно ждала, что я её окликну.

А я ведь и забыла о том подслушанном в лифте разговоре. Если бы не это странное предупреждение, наверно, и не вспомнила бы.

- Дело замяли? Не помню, чтобы оно упоминалось в прессе.

- Оно стоило Ханту изрядно потрёпанных нервов, но в итоге Тея Андерсон всё же пошла на сделку. Хотя, между нами, если бы дошло до суда, Эйвер бы выиграл. Это ведь она его домогалась. И Хант её уволил. А эта сучка подала на него в суд. И не за незаконное увольнение или, скажем, дискриминацию по половому признаку, а за домогательство. Какова стерва!

- Но девушек у вас явно работает меньше, чем мужчин.

- Ну, так корпоративные юристы в большинстве своём мужчины, - пожимает она мягкими покатыми плечами.

- А секретаря парня он хотел почему? От греха подальше?

- Да кто ж его знает. Но Хант не боялся огласки, просто Тею пожалел. Это она выглядела бы полной дурой перед присяжными, хотя тот жалкий адвокатишко готов был даже трясти её грязным бельём, лишь бы уесть Ханта. Но Эйвер всё же убедил Тею на сделку, предложил хорошую сумму и работу. Она и согласилась.

Тея, Тея... Раз у меня есть теперь доступ к архиву, не мешало бы ознакомиться и с этим делом. Да, я многое знаю о Ханте, но, увы, не всё.

- Вам обеим нечем заняться? - голос Эйвера застаёт меня врасплох.

Под его испепеляющим взглядом Клара с величием Клеопатры вскидывает подбородок. И неважно, что он начинается от самой груди, главное, что секретарь Моргана выходит так, что и Октавиан Август почувствовал бы себя оскорблённым.

Я остаюсь без моральной поддержки.