Февральская сирень

Именно поэтому в город она возвратилась в каком-то странном возбужденном состоянии, которое не проходило, несмотря на то что здесь все осталось по-старому: работа с утра до вечера и тренировки три раза в неделю, на которых они с Дмитрием едва здоровались, потому что все его дальнейшие слова были обращены только к Цезарю и Максиму.

И все равно Дмитрий как-то незримо присутствовал в ее жизни. Она слышала его дыхание за своей спиной, когда смотрела, как мастер-косметолог накладывает зеленые водоросли на лицо привередливой клиентке, когда продлевала кредиты в банке под новые, совершенно немыслимые проценты, благословляя судьбу, что кредиты эти взяты в рублях, а не в долларах, когда вставала с ножницами в руках к своему креслу.

В эти дни из-под ее рук выходили совершенно волшебные прически и совершенно новые образы. Клиентки ахали в восхищении, а она, отмахиваясь от благодарности, бежала в соседнюю часть здания, чтобы впервые в жизни сделать несколько укольчиков ботокса, пройти сеанс мезотерапии или фотоомоложения.

С ранней молодости Любу Молодцову не интересовало, как она выглядит. Она знала, что у нее интересная, привлекательная внешность, которая нравится мужчинам. Этого ей было вполне достаточно. Из всех ее подруг ее меньше всего волновали первые признаки старения, она никогда не вступала с ними в неравный бой, считая, что все, для чего может пригодиться молодость тела, у нее уже позади, а молодость души, позволяющая двигаться вперед по жизни, была для нее вечной и непреходящей.

И вот теперь она с трепетом отдавала свое лицо в руки косметолога, чтобы его подтянуть, подколоть, освежить и увлажнить."

"«Вовремя я салон открыла», — думала она, стараясь не задумываться о том, к чему именно относится это «вовремя».

На протяжении каникул Максим больше ни разу не ездил на занятия к Гоголину. Лелька позвонила директору лицея и сухо проинформировала его, что ребенок устал и нуждается в отдыхе.

После того как началась третья четверть, подготовка к олимпиаде, срок которой приближался с неумолимой быстротой, возобновилась, но все занятия проходили в школе и только в школе, поэтому особых поводов для беспокойства у Лельки вроде как и не было.

И все-таки она волновалась. Предстоящая поездка в Казань, где Максим будет предоставлен на попечение директора, пугала ее.