– Декер указал на экран. – И у него было в точности такое же выражение лица.
– И что означает это выражение? – едва слышно прошептала Элли.
– Не хочу быть излишне драматичным, – ответил Декер, – но оно показывает, что этот человек смирился со своей судьбой.
– Она была очень добрая. Тихая, но все ее уважали. И она была замечательным педагогом.
Декер и Джеймисон сидели напротив Вирджинии Коул, директора католической школы, в которой работала Анна Беркшир. Школа находилась в округе Фэрфакс, размещаясь в старом кирпичном здании.
Их записали в журнал, выдали им пропуска посетителей и проводили в кабинет директора.
Коул было лет пятьдесят: очки на цепочке и крашеные светлые волосы. Откинувшись назад, она посмотрела в окно кабинета.
– Я до сих пор не могу поверить, что ее нет в живых.
– И Беркшир проработала здесь четыре года? – спросила Джеймисон.
– Да, совершенно верно, – подтвердила Коул.
– Я так понимаю, она должна была иметь сертификат педагога и рекомендации с предыдущих мест работы.
– Разумеется. У нас с этим очень строго. Мы тщательно проверяем предыдущую карьеру кандидатов. И у Анны был сертификат. С ее резюме все было в порядке, а рекомендации – блестящие. Мы с радостью приняли ее на работу.
– Значит, ее резюме покрывало больший период, чем последние десять лет? – уточнил Декер.
– Что? – недоуменно посмотрела на него Коул. – Ну, разумеется, мы должны были убедиться в том, что она окончила колледж.
Амос взглянул на Джеймисон.
– Нам нужно просмотреть все это, – сказал он.
– Я сниму вам копию с ее резюме.
– Вы были близко знакомы с Беркшир?
– Ну, вряд ли можно так сказать. Мы с ней никогда не встречались за пределами школы. Но я неоднократно беседовала с ней в этих стенах.
– Вы знали, что она богата? – спросил Декер.
– Богата? – Похоже, Коул снова была сбита с толку.
– Она жила в Рестоне, в квартире на мансардном этаже стоимостью два миллиона долларов.
Директриса была ошеломлена.
– Нет, я даже не подозревала об этом… Дома у нее я никогда не бывала. Как-то раз увидела, как Анна приехала на работу на машине. Кажется, это была потрепанная «Хонда».
– Беркшир никогда не рассказывала о своем прошлом? Откуда она родом? Чем занималась?
– Нет. Но, как я уже говорила, проверка показала, что у нее безупречное прошлое. Ничего интересного, никаких красных флажков.
