Фиктивная мама для дочери чудовища

Никогда раньше мне не было так же стыдно, как сейчас. Пока мой спаситель, вырвавший меня из лап насильников в клубе, разбирается с моим бывшим женихом, я во дворе его же дома падаю в объятия его охранника!.. Что он ещё мог подумать? Наверняка посчитал меня девушкой лёгкого поведения и уже успел пожалеть, что связался со мной. На глаза наворачиваются слёзы, но я умело подавляю их. Ещё чего! Только разреветься мне не хватало!

— Лиза поскользнулась, просто успел вовремя подхватить… А ещё совсем немного поиграл с вашей дочерью! Она делает значительные успехи! — оправдывается Беркут, явно тушуясь зоркого взгляда своего босса.

— Я хотел рассказать вам о маячке…

— Что-то стало известно, кроме того, что он был встроен в браслет Лизы?

Беркут отрицательно мотает головой.

— Тогда я не понимаю, почему ты тратишь время на игры, вместо поиска информации. У моей дочери для этих целей есть нянька.

Строго, но по существу.

Беркут опускает голову под строгим властным взглядом своего босса и уходит.

Я чувствую напряжение, исходящее от Чудовища, в замке которого оказалась, но точно знаю, что он не выпустит его наружу в присутствии дочери. Он не покажет свои истинные эмоции рядом с Алисой — это преимущество для меня.

— Пока! — машет Алиса Беркуту, и тот оборачивается, а каменное выражение лица Марата на мгновение пробирают эмоции.

Мужчина пытается скрыть едва различимую улыбку, появляющуюся на его губах, и я думаю, что неплохо было бы поговорить с ним и объяснить, что не следует прятать эмоции от дочери.

Алисе важно видеть, как радуется папочка её достижениям.

Опустив дочь на травку, Марат любуется ею, а Алиса убегает на батут и принимается высоко прыгать и широко улыбаться.

— Знаешь, почему я буду держаться за тебя и никуда не отпущу?

Я киваю, глядя на эту маленькую, светящуюся от счастья девочку.

— Лиза, раз всё набирает настолько серьёзные обороты, я всерьёз думаю о том, что нам необходимо пожениться. Лучшего мужа ты вряд ли найдёшь.

Я дам тебе всё, что ты захочешь: деньги, украшения, машину, шубы… Всё, на что укажешь пальцем положу к твоим ногам… Я окружу тебя заботой и безопасностью! Мне же многого не нужно — верность и любовь к моей дочери! К себе я не требую даже уважения!

Слова Марата бьют наотмашь, сильнее пощёчины.

— Не стоит смотреть на меня невинными глазками и делать вид, что готова остаться в моём доме из благих побуждений! — с пренебрежением бросает мужчина.