Фиктивная мама для дочери чудовища

— А что если я предложу вам прогуляться на теплоходе после завтрака? Кто со мной? — спрашиваю и с надеждой смотрю на Лизу, потому что дочь точно согласится.

— Я обещала маме встретиться с ней, но… — Сердце начинает биться чаще. Кажется, Лиза начала избегать меня после поцелуя, потому что её взгляд бегает, и она переминается с ноги на ногу, словно чувствует себя неловко. — Я могу перенести эту встречу на завтра.

— Если тебе несложно будет сделать это! — выдаю я и отвожу взгляд.

Теперь секундная слабость будет преследовать меня, напоминая о том, что я не сумел сдержать себя в руках и поцеловал девушку, которая не принадлежит мне и никогда не будет моей.

Поступил как гопник подзаборный…

Никогда больше так не сделаю.

— Давай! — просит Алиса, и Лиза сдаётся.

— Договорились… Вот только для начала я всё уберу, и мы позавтракаем.

Я подаюсь вперёд, чтобы помочь Лизе, и к тряпке мы прикасаемся в один и тот же момент, соприкасаясь кончиками пальцев. Сердца начинают биться в унисон, а в скрещенных взглядах плещется волнение.

Первым убираю руку, понимая, что мне следует взять эмоции под контроль хотя бы из-за того, что родился мужиком. Лиза выдавливает улыбку и немного краснеет. Она пытается скрыть своё смущение, но оно так отчётливо написано на её лице, что мне даже забавно становится.

— Марат Ринатович, я могу поговорить с вами? — негромко зовёт меня нянька со стороны коридора.

Я успел позабыть, что мы находимся дома не одни, и чьё-то постороннее присутствие начинает раздражать меня.

Заприметив няньку, Алиса начинает хмуриться и зажиматься. Скорее всего, она боится, что у неё отнимут внимание Лизы, поэтому ведёт себя именно так, потому что никто и никогда не посмел бы поднять руку или как-то ещё наказать мою дочь — дом ведь камерами утыкан.

Иду, чтобы поговорить с женщиной, заранее зная, что именно скажу ей.

— Простите, но я подумываю отправить вас в бессрочный отпуск, — извиняюсь я. — Вы вправе найти себе новую работу. Оплату за два месяца переведу на расчётный счёт, как компенсацию.

Дело в том, что Алисе нужно проводить больше времени с моей невестой, чтобы после нашей свадьбы она стала воспринимать Лизу как свою мать, — вываливаю слова, приправляя их щепоткой лжи, которую сам хотел бы принимать за действительность.

— Так значит это правда? — ахает женщина.

— То, что эта… — молча пожевав губами от обиды, нянька продолжает: — Елизавета ваша невеста?

— Это чистая правда, и я рад, что вы поняли это.