Фиктивная жена миллиардера (СИ)

После четвертого раза я уже сама ластилась к нему и призналась, что, да, очень хотела почувствовать его член в себе еще во время массажа. Хотела нырнуть в его горячие объятья, в его безудержную энергию, почувствовать на себе его страсть.

Зря, как же зря открылась. Демид приподнялся на локте, нахмурившись. Тревога заколола под ребрами, разогнала отголоски последнего оргазма.

— Элизабет, наверно, мне стоит прояснить один момент. Несмотря на секс, брак у нас фиктивный. Когда в тебе...

— Я помню, — отвернулась я, чтобы перестать резаться о внезапный лед в его взгляде.

— Нет, ты не поняла. Следи за своими чувствами ко мне, ладно? Ты не должна в меня влюбляться, привязываться и тому подобное. Я не хочу, чтобы ты потом мне вешалась на шею и умоляла не разводиться. Мне эти проблемы не нужны.

Не могу больше находиться с ним рядом. Не могу. Его слова лезвиями кромсали меня. Я откинула скомканное одеяло и спрыгнула с кровати.

— Я все поняла! — мой голос, охрипший от стонов и криков, сорвался на противные визгливые нотки.

Едва я захлопнула за собой дверь ванной комнаты, меня скрутило от рыданий. Я зажала рот ладонью и поспешила врубить воду. Не хочу, чтобы он слышал, как я плачу. Не хочу, чтобы он знал, как мне невыносимо больно.

Почему это меня так трогает? Почему мне не плевать? Я сжалась на мраморном поддоне, подтянула колени к груди и обхватила их руками. Тут еще пару часов назад Демид меня смачно трахал.

Вешаться ему на шею? Не дождется, никогда в жизни! Ни за что! Что бы я к нему ни чувствовала, как бы мне сильно ни хотелось с ним остаться. Но он уже многое для себя понял, всего лишь по моему истеричному ответу.

Его предостережение ударило меня слишком неожиданно, как ледяной ветер в лицо посреди пустыни. Я, блин, всегда творю несуразную чепуху, когда происходит что-то непредвиденное.

Конечно, я ему не пара. И гости на банкете явно прятали за вежливыми улыбками недоумение. Простушка, с необычным чувством юмора. Но никто слова плохого не сказал, никто взгляда косого себе не позволил — все с уважением относились к выбору Демида, каким бы он ни был.

Когда слезы высохли, на меня напала отрешенность. Струи воды по-прежнему лупили по голове, спине, ногам. Но я их не чувствовала, кожа онемела.