Фиктивная жена миллиардера (СИ)

Демид голодным взглядом скользил по моему телу, пробуждая желание податься ближе к нему, раскрыться, подать себя, как самый лакомый десерт.

Но он опять ухватил мою ногу. Я вскрикнула от нового наплыва мучительных судорог. Меня выгибало, корчило, я почти не управляла собой. С трудом удалось мазнуть свободной ногой где-то в районе паха Демида. За неудавшуюся попытку он поймал вторую ногу и прижал ее локтем к своему боку.

— Имей в виду, Элизабет, у меня есть целый арсенал безобидных — на первый взгляд — наказаний. В следующий раз десять раз подумай прежде, чем намеренно меня бесить.

Потому что я остановлюсь только тогда, когда пойму, что ты полностью все уяснила.

Я прикусила губу, чтобы в отчаянии не выкрикнуть: “Буду послушной, хорошей девочкой, только прекрати!” Какой же гад! Я ему не домашняя собачонка!

Негодяй не собирался меня пощадить. Неужели будет щекотать до тех пор, пока не доведет меня до состояния белой горячки? Терпя проклятую щекотку, я вывернулась и дотянулась до Демида — расцарапаю ему лицо и плевать, кто что подумает!

Он ловко за пару секунд скрутил меня, подмял под себя.

Его член уперся в мои ягодицы. Пальцы забрались в волосы, крепко сжали и потянули назад, вынуждая меня запрокинуть голову. Ноги наконец-то свободны. По телу блуждали отголоски мучительной пытки. Но то, как сильно Демид вжимал меня в постель своим горячим мускулистым телом, прогоняло все неприятное. Я бы так лежала под ним непозволительно долго.

— Хочешь еще? — пророкотало у уха.

Пожалуйста, еще, еще. Только не щекотку.

Я облизала пересохшие губы и тихо сказала:

— Взять? А ты заслужила? Я не услышал от тебя, что ты перестанешь меня злить, перестанешь выделываться, начнешь вести себя адекватно.

Я должна. Хотя хотелось сказать: “И не услышишь” и превратить нашу постель в поле боя. А потом страстно мириться. Но этому суждено остаться в мечтах. Довольно дергать тигра за усы. Хотя я нуждалась в его жгучем внимании, как в воздухе.

— Хорошо. Перестану.

Он прижался губами к моей шее — и я закатила глаза от наслаждения.

Его губы это нечто. Вот они говорят жесткие слова, отдают приказы так, что коленки подгибаются, а вот — доводят поцелуями до грани. Ради них я готова пообещать все что угодно...

Язык лизнул чувствительную мочку уха, и меня пробрало горячей дрожью. Демид отпустил волосы, его рука пробралась между нами и направила член туда, где все бурно истекало влагой.

Тягуче сладко он погрузился в меня, я скомкала пальцами простынь, растворяясь в ощущении наполненности.