Фиктивная жена миллиардера (СИ)

Я до паники боялась того, что он скажет?

А если поймет, что сообщение писала я сама себе?

А если оно его не зацепит, не пробьет брешь в его стальной броне?

— Элизабет, прекрати трястись, — велел Демид, когда мы вошли в спальню.

— Не могу. Вдруг они их убьют? — Я обхватила себя за плечи, уже скучая по его волнующему теплу. — Там написано, что я не должна тебе ни в коем случае говорить, но.

— Правильно, что сказала. Хвалю.

В груди разлился горячий сироп от его одобрительного тона. Демид сел на постель и внимательно перечитывал строчки, постукивая пальцами по стеганому покрывалу.

Может, стоило не идти на ухищрения, а рассказать все как есть? Нет, нет, его доброта мимолетна и обманчива. Он доволен лишь потому, что я сделала так, как он хотел, все идет по его плану.

Там, в сообщении, я сама себе угрожала тем, что убью племянников, если откажусь высылать информацию.

— Что теперь делать?

— То, что они просят. — Демид наконец вернул мне телефон. — Высылай им мое расписание. И будешь показывать, что они отвечают.

Я присела рядом с ним на постель, едва в состоянии сдержать радость. Дрожь отпустила тело. Но лишь на пару мгновений.

— А что с племянниками? — спохватилась я. — Может, их забрать, обезопасить?

— Не нужно, — равнодушно ответил он. — Так шантажисты поймут, что ты рассказала мне.

— Но я могла бы просто предложить тебе привезти их сюда по какой -то другой причине. Пусть шантажируют чем угодно, только не...

— Элизабет. — Демид положил ладонь мне на бедро. — Если ты заберешь у них средство для шантажа, то разозлишь их.

“Средство для шантажа” — вот как он назвал моих племянников. Конечно, у него нет детей, нет племянников. Бессердечный мерзавец! И я для него тоже средство, не больше. Но я собиралась не начинать ссоры, которые ни к чему хорошему не приведут.

— А что потом? — не удержалась я от вопроса.

— Я уже говорил, что уничтожу их. Не о чем беспокоиться.

Демид поднялся и исчез за дверью ванной комнаты.

На что я рассчитывала? Что Демид, прочитав сообщение, обезопасит племянников. А потом я, может, решусь и расскажу ему правду. Но теперь у меня нет другого выбора кроме, как продолжать тонуть во лжи, из кожи вон лезть, чтобы Демид ее не раскрыл.

При этом почти сутки мы не виделись, а по нему незаметно, что он скучал.