Фиктивная жена миллиардера (СИ)

Ее глаза, которые загорались всякий раз, когда она смотрела на меня, хотелось завязать. Мне тошно в них смотреть и угадывать: а на самом ли деле они отражают то, что творится внутри нее, или я ослеп, у меня галлюцинации, я принимаю желаемое за настоящее?

Вчера, когда мы трахались прямо в бассейне, вода и лампы творили какую -то магию с ее глазами. Те мгновения отпечатались у меня на сетчатке. Выжечь бы ее себе.

Я разорвал поцелуй и под локоть выволок Элизабет из комнаты в коридор.

Борис, чтобы не вызывать подозрений, спрятался, и она явно не поняла, почему я так спешно повел ее к озеру.

Начальник службы безопасности не медлил — когда мы дошли до края берега, мне на смартфон пришло сообщение: “Мы проверили входящую корреспонденцию.

Обнаружилось два письма с угрозами”. Два? Может, он нашел два телефона, один для отправления угроз, а другой — для связи с сообщниками.

Я сжал переносицу пальцами, унимая вспыхнувшую головную боль.

— Все в порядке? — с искренним — как мне казалось — беспокойством спросила Элизабет. Я отмахнулся, сделал над собой усилие, чтобы расслабить лицо. Но боль продолжала мелко пульсировать, будто в голову медленно вбивали гвоздь.

— Чем ты сегодня занималась? — каждое слово пришлось цедить сквозь зубы. Я убрал пряди, падающие ей на глаза, чтобы видеть, заметить даже слабую тень фальши.

— Сегодня дома была. Приходила преподавательница по английскому, потом я начала вникать в этикет.

Мне пока трудно, но я стараюсь. Вдруг придется с тобой пойти на какое-то мероприятие. Хочу научиться вести себя как следует.

— Еще. Смотрела тот курс по инвестициям. Досмотрю — буду набивать шишки, — твердо заявила она.

— Тебе приходили сегодня сообщения от шантажиста? Он доволен тем, что ты отсылаешь?

— Да... — Она хлопнула по бедру. — А сумка же в доме... Я тебе потом покажу, что мне ответили... Снова написали жуткие слова.

Постоянно напоминают о том, что мои племянники могут умереть. — Ее глаза набрались слезами.

Конченая дрянь. Лжет мне прямо в лицо! С такой легкостью, будто делает это каждый день. Какого хрена я не заметил? Когда я ослеп? Во мне каждый мускул зазвенел от напряжения. Я стиснул челюсти до скрипа. Элизабет не заметила, она отвернулась, словно смахивая влагу с ресниц.

— Прости, я помню, что ты ничем не поможешь насчет них.