Хочется тут же самому разобраться с женщиной, но знаю, что так это не работает. Я больше не школьник, и не нужно любую проблему решать кулаками. По крайней мере, своими. Для этого есть специальные люди.
– Алло, Антон Петрович? Это Кострицкий, у меня к вам дело…
– Ты ее собрался убить? – в ужасе шепчет Кира, а я качаю головой.
– Да-да! Подъезжайте ко мне, решим все. Не телефонный разговор.
Я кладу трубку и долго смотрю девушке в глаза. Внутри разрастается безмерная благодарность. Эта мелочь смогла постоять за мою дочку лучше, чем ее собственный отец.
Но от этих мыслей внутри все греется. Кира…
– Что-то не так? – закусив губу, тихо спрашивает она.
– Нет, все так. Все именно так, как и должно быть. Я не ошибся в тебе, Кира. Ты лучшее, что могло произойти с Соней."
"Я не остаюсь, чтобы дождаться ответа. И так слишком смутил ее, да и себя тоже. Встречаю адвоката, и мы едем к учительнице. Ее ждет хорошая взбучка. Она больше на пушечный выстрел не подойдет к детям, уж я постараюсь.
Возвращаюсь домой уже затемно.
Все дела улажены, и я со спокойной душой иду к Соне, но, к удивлению, обнаруживаю там Киру, сладко спящую рядом. Эта картина так меня завораживает, что я не решаюсь разбудить няню. А еще эта поразительная схожесть… Соня очень похожа на Киру. Даже сам не знаю, как так вышло… Хотя знаю, конечно, но не хочу об этом сейчас думать.
Спускаюсь на кухню и, выпив стакан воды, даже не включая свет, облокачиваюсь на стол и задумчиво смотрю в окно.
Когда все успело так измениться? Думал ли я когда-то, что та, по которой я страдал все школьные годы, будет работать у меня няней?
Вдруг я слышу шорох и вижу, как Кира на цыпочках заходит в комнату.
Мои глаза привыкли к темноте, и я четко вижу, что она практически раздета. Тонкая шёлковая ночнушка еле закрывает попу, а когда девушка тянется за стаканом, я вообще теряю дар речи.
Проклятье, внутри все дымит от вида округлых ягодиц и длинных ножек. Подхожу к ней вплотную, и только тогда Кира меня замечает, опрокинув остатки воды мне на рубашку.
– Ты? Что ты здесь делаешь? – возмущенно шепчет она.
– Живу, Кира.
Вообще, странный вопрос, учитывая все обстоятельства.
– Убери руки… – судорожно выдыхает девушка, но я не могу этого сделать. Слишком манящее тело, и она…
Я приближаю к ней лицо, дико желая ощутить ее губы на вкус. Руками притягиваю ее к себе, и она поддается, словно пластилин или глина, такая отзывчивая…
– Такая нежная…
Я подхватываю ее за талию и усаживаю на стол, вклиниваясь между ее ножек.
