Фиктивная жена авторитета

— Может, папа не выпустит меня из дома? — говорю вроде бы в шутку, но на самом деле, что-то такое вполне допускаю.

— Брось… папа у тебя хороший. Это мой может в ужасе убежать со свадьбы.

Мы шутим над этим еще некоторое время. Смеемся, чтобы отвлечься.

Я очень нервничаю. Сегодня я выхожу замуж. За человека, от которого без ума и которому на меня, кажется, наплевать.

Я не последовала совету мамы и не перестала бередить себе душу просмотром новостей, в которых писали о Рустаме. Хотела, но не смогла. Я должна знать, где он и с кем.

И как часто Екатерина присутствует в его жизни, раз уж мы скоро станем мужем и женой.

Оказывается, Екатерина с ним часто. Едва ли не каждый день. То на приемах, то в ресторане. Фотографий, где бы они перешли грань, никогда нет. Они не держатся за ручку, не обнимаются и, слава Аллаху, не целуются, но мне хватает и того, что она держит его под руку, а еще как на него смотрит. Точно так же, как и я, уверена, потому что так выглядит влюбленный до беспамятства взгляд.

Что чувствует к ней Рустам я пока не поняла.

По фотографиям не скажешь, он там всегда собран, сосредоточен и максимально серьезен. Даже не улыбается, не говоря уже о теплоте во взгляде.

— Волнуешься? — интересуется Амина, хватая меня за руку и крепко сжимая мою ладошку в своей.

— Нет, совсем нет, — улыбаюсь через силу, а затем выдыхаю и признаюсь уже честно: — Мне страшно. О, Аллах… я замуж выхожу, Ами. Сегодня. Завтра буду уже замужней, другой.

Женщиной. Завтра больше не будет шальной и непослушной Дарии Тагаевой.

Ей на смену придет взрослая и рассудительная Дария Довлатова. Жена серьезного человека. И мне нужно ему соответствовать. То безрассудство, которое я позволяла себе до этого дня, больше неприемлемо, ведь так? Я должна буду подумать о быте, о готовке, о постели.

— Ай! — Амина выдергивает руку, а я понимаю, что нервничаю даже больше, чем думала изначально.

— Прости.

— Ничего.

Дверь в комнату открывается. Я тут же подрываюсь на своем месте. Встаю, но с опущенной вниз головой.

Знаю, что заходит папа.

Он слишком долго молчит, вероятно, меня рассматривая. Точнее, не меня, а мой наряд. И не говорит ничего, ни слова, никак не выказывая недовольства или удовлетворения. Мама точно стоит рядом и тоже молчит. Мое сердце отбивает прерывистые биты. Страшно. Другого платья у меня нет, а это…

— Неожиданно, Мадина, — наконец, произносит. — Объяснишься?

Мне кажется, я в обморок упаду. Даже назад отклоняюсь, но за спиной Амина.