Фиктивная жена

Но Марине мысленно пожелаю удачной операции.

— Спасибо, я доберусь сама. Антон… — неуверенно начала я. — Ночью мне не спалось и я обратила внимание, что в квартире появилось немного твоих вещей… Мне не показалось и ты живешь сейчас у меня?

— Нет, не показалось, Нина, — слабо ухмыльнулся он. — Надеюсь, ты ничего не имеешь против моего соседства?

— Это все довольно странно… Почему ты ничего мне не сказал?

— Хотел сделать сюрприз. Вижу он не удался, а ты против? — я ощутила новый прилив восторга от этих слов.

— Конечно, нет! Но… только я ничего не понимаю.

— Неделю назад я выставил дом на продажу, на днях в него уже заедут новые жильцы. В моей новой квартире, которую я купил делают ремонт и, скорее всего, он затянется месяца на три. В моем ноутбуке, если у тебя появится желание, ты можешь поглядеть на планировку и предложить свои варианты, пока я еще могу внести правки в проект.

На мои глаза навернулись слезы счастья, это означало, что он не собирался меня оставлять и исчезать из моей жизни, а я и в самом деле накрутила себя невесть какими грустными мыслями?

— Я буду ждать тебя вечером домой и обязательно погляжу на планировку квартиры, — проговорила я тихим, но радостным голосом.

"

"После разговора я еще какое-то время прижимала телефон к груди и ощущала, как за моей спиной расправляются крылья. Антон давал нам шанс начать все с чистого листа, пусть без громких слов и обещаний, но куда важнее были все его поступки и решительные действия.

Около полудня я уже была в палате у сестры.

Ее готовили к операции, которую назначали на вторую половину дня. Хирург, ознакомившись с историей ее болезни и выписками из больницы Сент-Китса еще вчера вечером сообщил, что больше тянуть нельзя. Я осталась ждать результата операции в палате и спустя семь часов, когда врач появился в дверях и с уставшей улыбкой на губах сообщил, что все прошло хорошо, а теперь многое будет зависеть от самой Марины и ее желания ходить, я расплакалась и кинулась его обнимать, без конца повторяя слова благодарности.

С моим возвращением домой все как будто преобразилось, а у меня появилась надежда на наше хрупкое счастье с Антоном, о котором я так грезила долгими и одинокими вечерами, пока находилась на острове. Дни потекли в привычном русле, мне не хотелось торопить события или искусственно их развивать. Антон ежедневно поднимался ни свет ни заря и отправлялся на работу, пока я занималась зубрежкой учебного материала, мечтая со следующего года поступить в ординатуру.