Юля давно нигде не появлялась со мной из-за болезни. Пора усыпить бдительность любопытствующих, многие считают, что в моих отношениях с женой произошел разлад.
— А это на самом деле так? У вас с женой произошла ссора?
— Это имеет какое-то значение?
— Нет… — смутилась я, осознав, что перешла границы. — Мне просто не нравится эта затея, не нравится, что вы вынуждаете меня принимать условия этой сделки. Я чувствую себя неуверенно. Вы…
— Хватит выкать, — вздохнул мужчина и поморщившись, схватился за грудь с правой стороны.
— Давай закончим этот разговор.
— Вам нужно показаться врачу…
— Завтра съездим в клинику. Я сделаю снимок ребер, ты посмотришь плечо. Надеюсь, на этих травмах наши неприятности закончатся и мы заживем спокойной и размеренной жизнью. Почти как настоящая семья, — сказал он, мрачнея, хотя глаза его смеялись.
— Меня лишь радует и обнадеживает одно — это все… — я обвела взглядом комнату, — на какое-то время, а вам данная ситуация нравится не большое моего, — по тому, как он постоянно пытался меня уколоть и задеть я пришла к такому выводу.
— На людях я буду обращаться к вам без возвышенностей, но наедине хочу, чтобы вы держали дистанцию и… без вот этих выпирающих вершин, — я ткнула пальцем в сторону его паха, припоминая ему недавний случай в его спальне.
— Боишься чего-то? — хмыкнул Павлов, а уголки его губ поползли вверх. — Это ведь всего лишь физиология, реакция тела на некогда любимую женщину, на которую ты очень похожа.
— Я ничего не боюсь, но и становиться вашей любовницей не собираюсь.
— Можешь не переживать за это, — он смотрел на меня пристальным взглядом.
— Вот и хорошо. У меня есть молодой человек и личная жизнь…
— Замещала сестру на одном из эскортных вечеров с продолжением? — ухмыльнулся Павлов.
Я ничего не ответила, поднялась на ноги и посмотрела на него гневным взглядом.
— Если отвечу — это что-либо изменит в вашем гнусном представлении обо мне?
— Нет, потому как яблоко от яблони…
— Довольно, — я перебила мужчину. — С учетом того досье, что выдал мне Сергей на вашу жену, мое вы собрали ни чуть не хуже и, неверное, знаете, что я девственница! — самодовольная ухмылка на лице мужчины превратилась в оскал.
— И я не собираюсь…
— Машина будет ждать внизу в девять утра, — перебил меня Павлов, смотря грозным взглядом. — Напомни мне с утра записать тебя еще и к хирургу, чтобы зашить твой рот и то самое место, что находится значительно ниже, за целостность которого ты так переживаешь.
