Филькина круча

– Господи помилуй, – стал он беспрестанно повторять, – Господи помилуй!

Он обнял Олега. Здоровую, не замотанную тряпкой руку он прижал к тому месту, где переливался шар. В этот момент он почувствовал, как через руку выходит тоска и боль Петрова, а шар сдувается, как резиновый, блекнет и исчезает совсем. Олег громко выдохнул. Крепко похлопал отца Алексия в ответ по плечу и молча побрел к микроавтобусу.

Когда тряслись обратной дорогой, отец Алексий, сидя в самом заднем ряду между Исааком и его бабушкой Зинаидой Григорьевной, не переставал молиться Господу Богу, чтобы тот направил его на путь истинный, но одновременно с этим он как никогда раньше и совершенно четко ощущал себя живым и на своем месте.

Отец Алексий выглянул в проход: впереди, лицом к нему сидели Даша и Олег, их пальцы не были переплетены, глаза не смотрели друг на друга, а головы не соприкасались, но в груди у обоих появились красные маленькие шары, переливающиеся огненными искрами. Шары набухали и ширились, а по их пульсирующей поверхности пробегал электрический заряд.

Святой отец глянул в окно: серые, словно только что с пепелища, облака плыли по оранжево-красному небу. Отчего-то отцу Алексию показалось, что они были похожи на ручки мальчишки, играющего с маленькими человеческими фигурками.

– Спасибо, Господи! – прошептал отец и улыбнулся. Даже через рукава подрясника он чувствовал тепло соседей. Мальчонка слева, старушка справа, он сам – их всех объединял дар. И на то была воля Божья.

Отец Алексий прикрыл глаза и увидел спину Филимона.

Старик уходил в лес. Холодная тьма, укутавшая стволы деревьев, встречала его утробным волчьим воем. Старик уходил в лес и уводил с собой комиссара Рябова и сержанта Коткова. В Филькиной избушке постепенно, словно уходящий день, гас свет. Он становился тусклее и тусклее, пока совсем не исчез.

Я бесконечно благодарна всем тем, без кого эта книга не увидела бы свет.

Спасибо школе Band и Елене Помазан – за возможность надкусить этот чудесный фрукт под названием «тексты».

Особая благодарность преподавателю школы, моему первому редактору – Елене Курочкиной, которая поверила в мой талант и велела никогда, никогда, никогда не сдаваться.

Спасибо моим бета-ридерам, которые помогли сделать текст логичнее, понятнее и чище.

Мои уважение, благодарность и безмерная любовь Юлии Гусевой (теперь уже не только редактору, но и близкому другу), которая помогала мне отточить слово и сделать книгу цельной и глубокой.