Она ожидала, что женщина нападет на нее, – укусила же она Гавриила за пальцы! Но та продолжала сидеть неподвижно, будто позируя для портрета, а потом вдруг шевельнулась и, помогая себе зубами, стянула с рук длинные черные перчатки.
Ее кожа была изукрашена выцветшими татуировками из черных роз и виноградных лоз, а кисти изуродованы и грубо зашиты. Пальцы у женщины отсутствовали, и, судя по виду, отрубили их совсем недавно.
Скарлетт отпрянула от этого неприглядного зрелища. Должно быть, такое наказание она понесла за плохое поведение.
Неужели Упавшая Звезда планировал и со Скарлетт поступить схожим образом, если она потерпит неудачу?
Скарлетт пыталась заговорить с молодой женщиной, но та не произнесла ни слова, а пару часов спустя подперла щеку искалеченной ладонью, изображая скуку. Скарлетт поверила бы ей, если бы не пламенеющие эмоции, до сих пор окутывающие ее подобно разрушительной мантии.
Скарлетт пробовала успокоить женщину, посылая ей расслабляющие мысли. Видя, что это ни к чему не приводит, она стала проецировать образы и эмоции, которые могли бы клонить ко сну или внушить волнение, грусть или счастье.
Ничего.
Ничего.
Ничего.
– У меня не получается, – посетовала Скарлетт. Она пыталась воздействовать на женщину, но вместо того, чтобы заставить ее что-то почувствовать, лишь истощила саму себя. Настолько, что едва могла держать прямо свою заключенную в клетку голову. А уж о том, что будет, когда Упавшая Звезда вернется, она не хотела даже думать – или узнавать, как он накажет ее за неудачу.
Пришло время уходить. Испытываемая Скарлетт глубинная усталость свидетельствовала о приближении рассвета. Упавшая Звезда мог вернуться в любой момент и обнаружить, что она нисколько не преуспела. Скарлетт нужно воспользоваться Ключом Грёз, чтобы выбраться из Зверинца. Похоже, она была слишком высокого мнения о себе, думая, что если задержится достаточно надолго, то сумеет победить. На самом деле все произошло с точностью до наоборот. Ей была ненавистна мысль о том, что Телла и Хулиан увидят ее с клеткой на голове, но все же нужно возвратиться к ним, чтобы сообща придумать новый замысел.
– Если ты сейчас уйдешь, то никогда не победишь его, – крикнула Узница направляющейся к главным дверям Скарлетт.
До сих пор Анисса хранила молчание и, раскачиваясь на своем насесте, наблюдала за неизменно неудачными попытками Скарлетт. Теперь же Мойра стояла, вцепившись в золотые прутья клетки, и ее глаза сделались жуткого белого цвета.
– Не сдавайся.
