Лиф был золотым, с тонкими бретельками, украшенными крошечными желтыми бриллиантовыми звездочками, которые блестели на свету и засыпали комнату радужными бликами. Пышная юбка была красной, как разбитое сердце. Стоило Скарлетт сделать шаг, повернуться или качнуть бедрами, как с талии вниз по подолу стекали золотые струйки, поблескивая, сияя и мигая, точно крошечные кометы.
Никогда в жизни Скарлетт не испытывала такой ненависти к чему-то столь изысканному. Она безропотно позволила Ее Прислужницам надеть на себя это платье, надеясь, что теперь, когда их работа выполнена, они, наконец, уйдут.
Но как только Скарлетт оделась, появился новый сопровождающий."
"Его лицо было слишком красивым, чтобы принадлежать человеку. У него была темно-коричневая кожа, обрамленные густыми длинными ресницами глаза и губы, изогнутые так, будто он всегда улыбался. Закутанный в зеленый плащ злобного цвета листьев ядовитого плюща в Сезон Зноя, который завивался вокруг его лодыжек, незнакомец отвесил Скарлетт поклон столь совершенный, что из полного кубка в его руке не пролилось ни капли.
Определенно, еще одна Мойра.
Сладкие нити магии смешивались с взбудораженными всполохами кружащегося вокруг него золота.
Узница перестала раскачиваться и теперь наблюдала за этой новой молодой Мойрой с противоречивым сочетанием кипящего красного очарования и желтого отвращения. Он между тем протянул свободную руку и пожал ладонь Скарлетт.
– Приятно познакомиться, ваше высочество.
– Перстни на его пальцах заискрились, когда он поднес ее руку к губам и учтиво поцеловал костяшки. – Мы будем проводить много времени вместе. Я – Отрава.
Скарлетт немедленно отдернула руку, вспомнив неподвижно замершую семью, встреченную ею во время Фестиваля Солнца.
– Похоже, она уже слышала твое имя, и оно ей не очень нравится, – заметила из своей клетки Узница.
– Я заставлю ее передумать. – Отрава ухмыльнулся, сверкнув идеально ровными зубами. – Я намерен стать ее лучшим другом.
– Сильно в этом сомневаюсь, – процедила Скарлетт сквозь зубы.
Отрава приложил ладонь к сердцу, отчего драгоценные камни на его пальцах засверкали.
– Я считал, что вы добрее своего отца. Если я чем-то вас обидел, прошу меня простить. В противном случае у нас будет очень утомительный вечер. – Он протянул Скарлетт руку. – Я должен сопроводить вас на коронацию.
– Осторожнее, – предупредила Узница.
– Замолчи, – цыкнул на нее Отрава.
