Финита ля комедиа

Пока Алексей вместе с Колупаевым занимался осмотром номеров, Тартищев опрашивал коридорных и лакеев.

— Кто проживает в первом и седьмом номерах? — поинтересовался он в первую очередь соседями.

— В первом нумере вот уже полгода проживает английский консул сэр Ванкувер, — сообщил рыжеволосый и веснушчатый дежурный по этажу. — Но оне уже недели две, как в отъезде. Кажись, в Нарымском крае.

А седьмой нумер на сутки взял молодой, лет тридцати, господин, но съехал до срока. Я слыхал, что он кровать даже не смял, «значит, спать совсем не ложился в ту ночь.

— От горничной, что номер его убирала. Мусору всего-ничего оставил, окурок в пепельнице, да пол слегка потоптал. Уборки мало было…

— Отчего горничная тебе это рассказала? И как ее зовут?

— А мы из одной деревни. Зовут ее Агафья Михалева. По жене она мне дальняя свойственница, но мы роднимся, потому как вокруг все чужие… — Дежурный оглянулся на дверь, полез во внутренний карман форменного сюртука и достал из него завернутый в бумажную салфетку окурок — вернее, едва начатую папиросу «Мемфис», и смущенно произнес:

— Агаша посмотрела, что папироска почти целая, и мне отдала.

Возьмите, может, сгодится, чтобы убивца найти!

— Спасибо, брат! — Тартищев внимательно осмотрел папиросу, отложил ее в сторону. — Часто тебе такие подарки от Агафьи перепадают?

Дежурный неопределенно пожал плечами и посмотрел в потолок. И Тартищев принялся расспрашивать его дальше:

— Ты помнишь, когда он снял номер? И сам ли его попросил или ты предложил?

Коридорный слегка замялся, пожал плечами:

— Нумер он еще накануне заказал.

Говорит, чтобы непременно седьмой был, а вот когда он появился в нем, каюсь, просмотрел. А может, и вовсе после моего дежурства поселился. У нас бывает, что за несколько дней заказывают, а то закажут, оплатят, а сами не появятся.

Видно, не сладилось свидание…

— Ты запомнил, как он выглядел? — перебил дежурного Тартищев.

Коридорный опять пожал плечами и виновато ухмыльнулся.

— Нет, ваше высокоблагородие, не запомнил. Пальто, шляпа, борода… Все как обычно. В тот вечер лесники на свою ассамблею заехали. Шуму много было. Они весь четвертый этаж заняли…

— В книге регистрации он значится под фамилией Бугаев. Ты его по паспорту записал?

— Ей-богу, не помню! — взмолился дежурный. — Народу прорва была.