Финита ля комедиа

Теперь он говорил о ней с грустью, и трагическая гримаса то и дело искажала его красивое, холеное лицо.

— Такую актрису российская сцена потеряла! Такой талант! И мы в первую очередь виноваты! Не уберегли! — Он проводил глазами очередную порцию коньяка, поглощенную Туруминым. Сам он не пил, объясняя воздержание больной печенью.

И Тартищев использовал эту паузу, чтобы задать вопрос:

— Возможно ли, чтобы Полина Аркадьевна отравилась из-за интриг в труппе?

Директор и режиссер переглянулись. Турумин яростно затряс головой, а Зараев замахал руками:

— Что вы, что вы, Федор Михайлович! С какой стати? Вся жизнь, а в искусстве особенно, состоит из сплошных интриг! Здесь каждый друг друга готов со света сжить.

И с большей силой это проявляется, если человек талантлив и выделяется этим из толпы. Но Полина Аркадьевна была закаленной женщиной! Подобные мелочи ее всего лишь забавляли! Она была королевой и не опускалась до плебейских игрищ.

— Но не из-за Булавина же? — опять спросил Тартищев.

— Насколько мне известно, они почти помирились.

И говорят, чуть ли не за день до смерти Полины Аркадьевны, — помрачнел Турумин. — Я все больше склоняюсь к мысли, что ее отравили. Но местные наши злыдни способны только интриговать и по-мелкому завидовать, потому как понимают, что и мизинца ее не достойны. На убийство идут из более серьезных побуждений. А здесь, в театре, я подобных побуждений не нахожу.

— И как вы тогда, милейший Федор Михайлович, объясните гибель других актрис, Ушаковой и Каневской? В их случае несчастной любовью и не пахнет, — вмешался в диалог Зараев.

— Вот потому я и здесь, — вздохнул Тартищев. — И хочу с вашей помощью разобраться в обстоятельствах гибели всех трех женщин, чтобы не допустить новых жертв.

— А если это какой-то сумасшедший? Маньяк?

У которого пунктик замкнулся на актрисах? — осторожно поинтересовался Зараев.

— Нет, не похоже! — отверг его предположение Тартищев.

Стоит только посмотреть, с какой тщательностью он готовит и исполняет каждое убийство. Ясно, что он преследует определенную цель, но какую, пока не удается выяснить. И преступления будут раскрыты, если мы проникнем в его планы.

— Ради бога, сделайте это побыстрее! — взмолился Турумин. — Открытие театра на носу, а мы не знаем, что делать с премьерным спектаклем.