Фитнес для Красной Шапочки

Ты втравил меня во все это, рассчитывая, что у меня просто не останется выбора и придется ехать с тобой.

— Возможно.

— Останови машину, останови, не то выпрыгну, — заорала я.

Он остановил. Теперь мы стояли на лесной дороге, вокруг не было ни души, лишь небо без звезд да за спиной огни города.

— Куда ты собралась? — спросил он.

— Катись к черту. Я ненавижу тебя… я так тебя ненавижу, что с удовольствием убила бы.

— Хватит строить из себя дурочку, — рявкнул он, — ты поедешь со мной. Садись в машину, потом разберемся.

— Я не желаю с тобой разбираться ни потом, ни сейчас. Убирайся к черту. Я не хочу тебя видеть. Да меня тошнит от тебя…

— Ты поедешь со мной, — упрямо повторил он. — Сядь в машину, я сказал. — И он вынул пистолет. Вот придурок, как будто не знал меня.

— О господи, — простонала я и зашагала по дороге. — Вы только посмотрите на него. Будешь стрелять? Валяй.

— Я выстрелю, — сказал он, и голос его звучал так, что я поверила. Однако никакие силы небесные не заставили бы меня вернуться. Я весело засмеялась и запела:

— У любви, как у пташки, крылья… — Сделала ему ручкой и ускорила шаг.

И он выстрелил. Ей-богу, выстрелил. Меня точно толкнули, я грохнулась на дорогу, перевернулась на спину и с уважением подумала: «Ну надо же…» Мелех кинулся ко мне, вопя на весь лес:

— Черт, черт, черт… Полина, — перешел он на ласковое поскуливание, падая на колени рядом со мной, — посмотри на меня… где болит? Потерпи, я вызову «Скорую».

Он достал сотовый, но я взяла его руку и прижала к своей груди.

— Не надо, — прошептала я тихо и улыбнулась.

— Полина, только не умирай…

— Я, вообще-то, не тороплюсь. — Тут я поняла, что взяла неверный тон, и вновь перешла на шепот:

— Знаешь, в чем твоя ошибка? Ты не в силах сделать простой вещи, просто сказать: я люблю тебя. Чего ведь проще?

— Я люблю тебя, — с готовностью заявил он, вновь хватаясь за телефон, но я опять перехватила его руку.

— Я тебя люблю и не могу жить без тебя.

— Не могу, — кивнул он. — Пробовал — не получается. Семь лет — это срок.

— Оставь телефон в покое, — разозлилась я. — Я хочу умереть счастливой. Хотя бы перед смертью услышать от тебя… Коля, нам нечего делать за границей, я там с ума сойду…

— Конечно, к черту заграницу. Тебе надо…

— Я знаю, что мне надо. Если я вдруг останусь жива… никакого криминала.

— Конечно.

— И ты будешь прислушиваться к моим словам.